Сеттинг: The Elder Scrolls: Skyrim
Система: эпизодическая
Рейтинг: 18+
Текущая дата игры: 205 4Э
Место действия: Все старо в старом Королевстве: норды опять бьют старых ушастых врагов, изгои прячутся в скалах, волшебники раскопали очередные руины, а соратники нашли очередное приключение. Новый король держит страну в кулаке, народ счастлив, ярлы ворчат. Вампиров разбили, так новые твари завелись, то волколак какой дитё утащит, то некромант костями гремит на погосте. Присаживайся, путник, положи свой меч рядом - здесь ты найдешь и выпивку, и работу, и отдых.

Ульфрик Буревестник - националист, тиран.
Эйла Охотница - легендарный стрелок.

Скайрим: Возрождение

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Скайрим: Возрождение » Текущее время » Ступенька или яма на твоём пути.( Рифтен 27.04.205 4Э )


Ступенька или яма на твоём пути.( Рифтен 27.04.205 4Э )

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Ступенька или яма на твоём пути.
2. Краткое описание эпизода: Казавшаяся незамысловатой и прогулочной поездка Сартайдеса в Рифтен окрашивается тревожным предчувствием. Случайности, словно костяные бусины нанизывающиеся одна за другой на нити судьбы, плетут неясные сети готовые то ли увлечь, то ли подхватить. То ли сложиться узором и рассыпаться. Без последствий.
3. Участники: Сартайдес, Мелурия
4. Тип эпизода: Личный.
5. Примечания:  Оформление постов - без выделения речи, возможны изображения.

Каждый случай это ступенька или яма на твоём пути.

   Месяц Руки Дождя выдался в этом году прохладным, но солнечным и ветреным, а день в который Сартайдес отправился по своим делам был особенно хорош. Прозрачный воздух добавлял окружающему чёткости. Высоко в небе ветер лихо гонял белоснежные комковатые облака. Пахло зеленью весенних листьев и преддверием тепла.

   Дела мага не требовали спешки и были не особенно обременительны. В первую очередь он собирался заехать к знакомому виндхельмскому шорнику, получить комплект сбруи для Тенегрива, сшитый по личным эскизам Слышащего, дальше его путь лежал в Рифтен. Там он должен был повидаться с престарелым Элгримом- алхимиком.

   Подъехав к виндхельмским конюшням Тенегрив, повинуясь движению поводьев, послушно остановился. Вышедший конюх, оценив опытным взглядом вороного красавца скакуна и подбитый дорогим мехом плащ путника, согласился послать парнишку работника в город, в Снежный квартал, отыскать и привести искомого мастера.
   Вскоре посланец вернулся. За ним, с круглым свёртком в руках шагал худой, голенастый, как кузнечик,  данмер, с узкими, очень тёмными глазами.
Слышащий присел под навес и шорник с достоинством развернул перед ним принесённую работу. Увидев как заказчик нахмурился мастер заговорил, торопясь оправдаться:

   - Когда я закончил работу, то явно увидел - чего то не хватает. У меня как раз случайно завалялись нефритовые бляшки, и они словно просились...это добавит к цене всего двадцать септимов..Зато смотрится богато.

   - В том то и дело, - хмыкнул Сарт, ощупывая чёрную ременную уздечку. К её плетёному налобнику были умело приделаны необычной формы продолговатые шоры, цвета бутылочного стекла. В них был заключён особый смысл - они полностью закрывали глаза Тенегрива, скрадывая их цвет и пылающий блеск, - Эй, уважаемый, помоги переседлать коня, - маг бросил уздечку конюху, топтавшемуся рядом от любопытства.

   Тенегрив стоял смирно и нордлинг быстро справился, привычно расправляя складки и затягивая ремни. Слышащий приблизился, придирчиво провёл руками по чепраку, украшенному под стать уздечки. Всё было пригнано ладно, держалось крепко, - маг удовлетворённо кивнул.
Шорник облегчённо перевёл дух. Он не шуточно боялся что заказчик вздумает ругаться на него за самовольство. Получив увесистый кошель септимов с доплатой он совсем повеселел. Полученной суммы ему хватит на несколько месяцев сытной жизни, и даже перепадёт угощать раз в неделю вином нравящуюся стряпуху из "Очага и свечи."

   - Это тебе, спасибо за помощь, - Слышащий махнул конюху  на старую сбрую Тенегрива и уселся в седло, - Мои благодарности за работу, мастер! - кивнул шорнику и уехал, оставив только следы подков на размокшей дороге.

   Осматривая не новую, но хорошей выделки упряжь, доставшуюся на дармовщину, конюх разглядел на чепраке еле видный след пятерни, оставленный тёмной краской, но благоразумно ни с кем этим не поделился.

   Заночевав по дороге на постоялом дворе Сартайдес успешно добрался ко второй точке своей поездки, и оставив Тенегрива по близости  ступил за ворота города.
   Когда то ему пришлось обитать  рядом с Рифтеном. Его дома блеклого, нечистого дерева, кисельный туман по утрам, вечный травянисто влажный воздух, запахи рыбьей икры, сахаристые ароматы медоварни, телесный  душок немытых вороваек , шнырявших по всюду, хрустящие запахи овощной лавки и особенно кисловатый дым кузни формировались в ассоциацию огромной рыбины.
   Это большая, с дебелым брюхом и тощим костистым хребтом, вёрткая,  серо грязно зеленоватая рыба, с выпученными на обе стороны глазами, покоилась на берегу. Вокруг росли удивительной красоты рощи, чистые, бело золотые, звенящие листвой. Но прожорливая рыба только набивала брюхо, ловя усеянной мелкими зубами пастью подлетавших комаров и мошек, и готова была в любой момент нырнуть в равнодушную холодную глубину.

   Слышащий не задерживаясь, но без лишней спешки двигался по городу. Карманники, начинавшие юлить при виде потенциальной добычи отпугивались взглядом мага, а самые навязчивые - сухим, предупреждающим  треском разрядов с его пальцев.
Некоторые ещё помнили его в лицо, но заводить на улице панибратские  разговоры  никто с данмером не пытался, не тот у него был вид.

   Спустившись по скрипучим, ходящим в пазах ступенькам к самому каналу Сарт дошёл по деревянному настилу и толкнул дверь, над которой висела блёклая от дождей вывеска "Эликсиры Элгрима".

   -....выбрала чего нибудь? -  кислолицая Хафьорг, жена алхимика, сухая и плоскогрудая, зыркнула на данмера, и сделала постную физиономию.

Напротив неё стояла девушка в дорожной одежде, перебирая разложенные на прилавке эликсиры.

   - Пожалуй вот этот, и эти два, - покупательница передвинула  переливающиеся красным склянки.

   - Возьми ещё для поддержания сил, -  добавляя материнские нотки в голос и намеренно игнорируя данмера посоветовала торговка, - В злую минуту слабость может обойтись девушке очень, очень  дорого.

   Не увидев Элгрима в помещении маг заглянул в жилую часть, отделённую перегородкой, но и там, на своём привычном месте напротив очага алхимик отсутствовал.
Разыскивать его по бестолковым закоулкам Рифтена Слышащий не собирался. Оставалось дождаться пока торговка закончит с посетительницей и расспросить её о муже. Он уселся на колченогий стул в углу и рассеянно принялся рассматривать по прежнему стоящую спиной девушку. Она была молода и неплохо сложена,  на беглый взгляд - похожа на наёмницу. Голову скрывал глубокий капюшон, из под которого выбивалась длинная прядь тёмных волос. Затянутых в перчатки пальцев было не видно, в говоре не слышалось акцента.

   Хафьорг, хорошо знавшая данмера, но за что то истово не любившая, нарочно затягивала разговор, предлагая всё более дорогие зелья, которые путешественница явно не собиралась приобретать. Предложение купить эликсир навевающий ночью сладкие грёзы оказался последней каплей. Покупательница  выложила септимы на прилавок, бросила в сумку выбранное и решительно развернулась к выходу. Свет двух свечей криво стоящих в дешёвом латунном подсвечнике скользнул по её лицу, выхватив характерный данмерам цвет глаз и жемчужно серую кожу.
Разглядеть подробней лицо незнакомки Слышащий не успел. Девушка скользнула мимо,  за хлопком двери снаружи раздался стук спешно удаляющихся каблуков.

   - День добрый, Хафьорг, - вежливо обратился Сартайдесь к нордке, - Мастер Элгрим давно отлучился?

   - Уж и не знаю! Но если ваши тёмные дела сделают меня вдовой, то клянусь всеми святилищами Талоса, я отправлюсь жаловаться до самого Дворца Королей! - оскалившись завелась женщина.

   - Что  произошло?, - не поддаваясь раздражённому тону лавочницы  спокойно спросил данмер.

   - Он сказал что пойдёт к Балимунду, кователю, за какой то дрянью для тебя, и не вернулся, и было это два дня назад! - Хафьорг всхлипнула, переходя от раздражения к плаксивости.

   - А в кузне...

   - За дуру меня считаешь? Конечно я отправилась туда тем же вечером, - на глаза торговки навернулись отчаянно злые слёзы, - Думала они засиделись, балбесы, пропустив пару бутылок мёда... Кузня закрыта! Кое кто видел как мой Элгрим заходил туда, но никто не видел как выходил, ни он, ни кузнец, ни этот шкодливый сопляк, его приёмыш, - Хафьорг достала нечистый платок и принялась вытирать сморщенное лицо.

Слышащий задумчиво потёр бровь и поднялся. Здесь больше выспрашивать было нечего.

   - Живым мне его отыщи, понял?!? - крикнула в след уходящему данмеру торговка и  оставшись одна заплакала горче и безнадёжней.

   Шагая по пружинящем под ногами доскам Сарт ломал голову кому мог понадобиться его не мудрёный заказ, да и связанно ли  вообще как то с ним исчезновение  старого алхимика. Первое что пришло ему в голову - побывать самому в кузнице, может быть найдётся какая нибудь зацепка.

   Впереди на мостках, уставившись в воду и что то бормоча сидел пьяный бородатый нищий. В руках у него был ивовый прут, который он время от времени погружал в воду а потом глубокомысленно осматривал.

   - Нет рыбки... опять нет рыбки.. рыыыбкаа... рыыбкаа иди сюдаа, - бородач снова наклонился, низко низко, словно собирался напиться из канала по собачьи, и вдруг подскачил, как ужаленный, зажал грязное лицо руками и рванулся  под ноги Слышащему.

   - Змея! Водяная змея! Она откусила мне нос, спасите, спасите!

   Инстинктивно избегая пьяницу маг резко отпрянул  в бок, и случайно ударил плечом выходящую из переулка девушку. Она стукнулась, отлетев, об один из опорных столбов, что то недобро хрустнуло, нищий, путаясь в полах своей рванины помчался дальше, продолжая голосить.

   - Ради благих предков, извините, - Сарт поспешно шагнул к девушке, - Вы не расшиблись?

Отредактировано Сартайдес (2017-09-24 00:36:02)

+1

2

Рифтен встретил Мелурию точно таким, каким она его запомнила.
    Было весьма необычно возвращаться в этот город той же дорогой, которой она некогда пришла в него впервые – вся разбитая и морально истощённая. Сейчас же данмерка ощущала себя совершенно другим человеком и, глядя на золотистую листву запавших ей в память берёз, радовалась переменам, коснувшимся её. Это место было особенным для неё, и Мелурия поняла это ещё тогда, когда собирала свои вещи, чтобы покинуть его. Кто бы мог подумать, что судьба сложится таким образом и что девушка так сильно поменяет своё отношение к этому городу? Ведь для Дозорной, которая придерживалась строгих правил в своей жизни, он должен был быть рассадником всего, с чем так усидчиво борются порядочные люди. Так она, в общем, и думала, когда с листовкой в кармане прибыла сюда впервые, но мысли были совсем другие, когда данмерка выходила за его пределы, вся воодушевлённая новыми затеями на будущее. Ещё тогда, нагрузив своего коня всеми имевшимися у неё пожитками, Мелурия понимала, что будет скучать по этому месту – самому неоднозначному и странному во всём Скайриме. И она - как выходит, - не прогадала.
    Кто знает, сколь скоро она вновь оказалась бы в Рифтене, если бы не случайная возможность подзаработать. Едва она завершила предыдущую вылазку в подземелья близ гор на юго-западе от Виндхельма, как ей под руку подвернулась следующая работа: случайно встреченные попутчики, заплатившие ей за сопровождение в Айварстед - Мелурия, помня о своём долге Дозорного, чью отзывчивость вынесла в качестве отдельного принципа, согласилась взять только половину из этой суммы, - рассказали в местной таверне о своём намерении вести раскопки в горах южнее озера Хонрик. Для девушки это было шансом осуществить сразу несколько затей, которые представились ей, как только она услышала об этом предложении. Во-первых, она сиюминутно представила золотистые рощи, всплески воды и шорохи на улицах ставшего ей почти что родным города, который, честно признаться, давно хотела повидать. Во-вторых, её денежные запасы начинали истощаться, и ей требовалось их пополнить. Данмерка умела вести скромный образ жизни, но ей бы не помешало приобрести несколько новых книг по магии, подбитый мехом плащ, которого так не хватало на высотах, куда её нередко заносило по её ремеслу, и отослать некоторое количество денег своему отцу в Морфал. В этом он, как и всегда, не нуждался, но Мелурия не хотела, чтобы он подумал, будто его дочь окончательно вдарилась в путешествия и совсем о нём позабыла, что было совсем не так. В итоге все эти рассуждения – а также обычный интерес, так как неожиданные работодатели сумели завлечь её своими планами, - привели её к тому, что девушка ответила на их предложение согласием и, особо не задерживаясь, отправилась на восток, вскоре выйдя на уже знакомую, ничуть не позабытую за всё это время дорогу.
    Впервые Мелурия увидела Рифтен, окрашенный оттенками заходящего солнца, но на этот раз на воротах города лежала печать яркого рассвета. Этот город почти никогда не засыпал целиком, но умел сохранять такую видимость, поэтому, оказавшись в непосредственной близости от него, данмерка сама будто бы притихла. Своего коня она, выделив необходимую сумму за уход, оставила в конюшне, а сама вместе со своим багажом отправилась в то место, которое было ей в этом городе ближе всего – в храм Мары. Лишним было бы сказать, что встреча с его обитателями была очень тёплой и приятной. Мелурия, тем не менее, не хотела оказаться захлёстнутой эмоциями прежде времени, так как у неё было много дел, которые она хотела сделать, поэтому долгие разговоры пришлось отложить на потом. Оставив свой багаж в подвале храма, данмерка набросила на голову капюшон, прикрепила к поясу свой слегка изогнутый меч и маленькую сумку, закинула на спину щит и отправилась на улицы города, крепко сжимая свой кошель в руке – но, зная Рифтен, можно было предположить, что и оттуда его смогут выцепить, если попадётся особо ушлый воришка. Возможно, именно поэтому Мелурия и не носила при себе все свои деньги, а отсчитывала именно ту сумму, которую рассчитывала потратить, хотя даже в целом объём её сбережений был невелик. Но делиться с местными щипачами она всё равно не собиралась.
    Первым делом она отправилась к кузнецу, захотев доверить ему обработку своего щита. В одном из подземелий сработала ловушка, и Мелурия едва успела прикрыться им, что оставило на деревянной основе зарубку. Данмерка беспокоилась, как бы она при следующем сражении не повредила щит до такой степени, что им потом нельзя было бы пользоваться, поэтому решила отнести его на починку. С местным кузнецом, Балимундом, ей договориться не удалось попросту потому, что кузня оказалась закрыта. Мелурия оставила щит вместе с остальным багажом, собираясь заглянуть в кузницу попозже, и продолжила своё кочевание по городу. Отбиваясь от всевозможных предложений на рынке и едва не подписавшись на несколько совершенно ненужных покупок, данмерка зашла в таверну, чтобы разведать свежие новости, но поняла, что сделала это в неподходящий час, и потому вернулась туда уже ближе к вечеру. За разговорами она провела несколько часов, а напоследок купила бутылку мёда и решила провести остаток ночи где-нибудь подальше от городского шума – всё же после продолжительных путешествий ей было сложно привыкнуть к большим компаниям, которые неизбежно складывались в таких уютных тавернах. Поэтому, взяв свою бутылку, Мелурия отправилась к озеру, где, пройдясь немного, обнаружила на берегу чью-то лодку. Не имея почти никаких представлений о настоящей рыбалке, данмерка решила, что эта посудина слишком стара и вряд ли используется для плаваний по озеру, поэтому собралась занять её на часик-другой. Всё, что ей нужно было, это побыть наедине с собой и полюбоваться небом над головой. Но глоток за глотком…один за другим, и Мелурия не заметила, как заснула. Похоже, она и не подозревала, насколько сильно устала за прошедший месяц скитаний.
    Наутро девушку разбудил чей-то недовольный, ворчливый тон. Осознав, что на самом деле произошло, данмерка вся покраснела и, схватив недопитую бутылку, пустилась прочь, подальше от владельца лодки. Всё это произошло настолько быстро, что она толком и не сообразила, что надо было извиниться и как-то разъяснить ситуацию, но вряд ли это что-нибудь изменило бы. Благо, одежда, на которую она не поскупилась – в качестве исключения, конечно же – некоторое время назад, всё же намекнула на то, что она не обычная воришка или разбойница. Наверное, только это и уберегло её от дальнейших проблем, а то сам лишь факт, что она была данмеркой, мог повернуть ситуацию в совсем другое русло. Её сородичей и здесь хватало, но норды, даже несмотря на свою развязность во взглядах, особенно характерную для Рифтена, всё равно посматривали на них как-то косо. Это убедило Мелурию и дальше не снимать капюшона, к тому же, ей всё ещё было малость стыдно за утренний инцидент. В любом случае, в дальнейшем она вела себя уже не так уверенно, как сразу по приезду, и твёрдо убедила себя, что больше отвлекаться от дела не станет.
    Основной причиной, по которой она в самом начале прибыла в Рифтен, заключалась в подготовке к предстоящему заданию. Девушка понятия не имела, с чем конкретно может столкнуться в предстоящей экспедиции, но приблизительно понимала, что без эликсиров ей не обойтись. Именно поэтому во второй половине дня она отправилась в «Эликсиры Элгрима». Ей уже доводилось бывать здесь когда-то, поэтому данмерка хорошо знала дорогу и верно выбрала направление. Блуждать по водному каналу никому особо не хотелось, а Мелурию отталкивала и ещё близость к Крысиной норе. Однозначно, это место было не предназначено для прогулок, особенно для таких людей, как она – не имеющих ничего общего с криминалом, а потому мало подготовленных к встрече с ним. Разве что выручал жизненный опыт и прожитое в Рифтене время, когда, хотя нехотя, а приходилось как-то обучаться жить в таких странных условиях.
    Едва лишь зайдя в алхимическую лавку, Мелурия сразу же стала объектом пристального внимания жены владельца этого заведения. Похоже, она не имела ничего против происхождения покупательницы или же у неё была одинаковая реакция на самых разных клиентов, но данмерка не почувствовала себя ущемлённой. Даже напротив – ей показалось, что здесь ей попытаются продать ещё больше – и подороже – товара, чем на рынке. Хафьорг, эта малоприятная с виду женщина, но имеющая столь типичный и весьма знакомый для данмерки склад характера, выслушала её просьбу и разложила на прилавке все те зелья, которые могли бы пригодиться девушке. Как и водится, Мелурия исходила не только из своих нужд, но и из возможностей. Купить слишком много зелий означало не купить чего-то ещё, например, хорошую новую флягу или дополнительного пропитания в путь. Ей, быть может, и хотелось бы почувствовать себя увереннее, купив чуть больше зелий и не ограничиваться сугубо теми, без которых она не могла обойтись в принципе, но приходилось себя урезонивать. Делала она это не слишком быстро – зачастую, выбирая что-то для путешествий, она могла впасть в избирательность как молодые солитьюдские девушки - в магазине элитных одежд.
    - Пожалуй, вот этот, и эти два. – Мелурия мягко отодвинула в сторону нужные ей зелья.
    Кажется, в это же время кто-то зашёл в лавку, но данмерка не стала поворачиваться и смотреть на свежего посетителя. Во-первых, это ничего бы ей не дало – если бы дело было в каких-нибудь грабителях, она бы поняла это по выражению лица Хафьорг, которое не изменилось в текущем времени. Во-вторых, это бы было просто невежливо.
    - Возьми ещё для поддержания сил, -  хотела убедить её женщина, сделавшись чуть мягче. Видимо, она была не такой уж и плохой торговкой, потому что иной раз смогла бы добиться своего. - В злую минуту слабость может обойтись девушке очень, очень дорого.
    «Не только девушке,» подумалось данмерке, но она поняла, что хотела сказать торговка. По сравнению с теми опасностями, которые могли встретиться ей в ходе разных путешествий и вылазок, она была не самым устрашающим противником, и любой наёмник-норд или просто наёмник-мужчина смог бы продержаться дольше просто ввиду своих физических особенностей. Поэтому совет женщины имел смысл, и если бы у Мелурии были лишние деньги, она бы обязательно приобрела бы эти зелья, но не в этот раз. Когда же Хафьорг завела речь о тех эликсирах, которые в её задании никак не могли пригодиться, данмерка решила, что ей пора уходить.
    - Боюсь, в пути сладкие грёзы могут обернуться для меня той самой опасностью, о которой Вы говорили, - вежливо отказалась девушка, засовывая зелья в сумку, держащуюся на поясе. – А в городе я мгновенно засыпаю и без помощи всяких зелий.
    Она улыбнулась торговке и попрощалась, после чего развернулась в сторону выхода. Проходя эти несколько шагов, она мазнула взглядом по новому посетителю – скорее, просто из привычки всегда подмечать какие-то детали в своём окружении. Это был данмер и, пожалуй, на этом наблюдения девушки и закончились. В Рифтене было много проезжих, и вероятность, что они когда-либо встретятся вновь, учитывая, что Мелурия не собиралась оставаться в городе дольше завтрашнего, была крайне мала. Мужчина, к слову, тоже выглядел не как местный, поэтому её мысли на этот счёт лишь укрепились.
    Следующим делом данмерка собралась наведаться в конюшню, чтобы убедиться, что её конь готов к путешествию, но замешкалась, глядя на городскую стражу, которая как раз зажимала возле ограждения какого-то горожанина. Это никак её не касалось, но почему-то привлекло внимание девушки, правда, не настолько сильно, чтобы отправиться к ним. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы не успеть среагировать в нужное время, что обернулось для Мелурии столкновением на выходе из переулка. То ли она слишком сильно задумалась, то ли в целом стала слишком невнимательной, но удар пришёлся достаточно сильным, так что она впечаталась в столб. Хаотичность ситуации подкрепили ещё возгласы попрошайки, который пробежал мимо них – Мелурия не сразу разобрала, что он не оказался впутан в эту ситуацию.
    Почти сразу, промасировав ушибленную руку, девушка встретилась взглядом с данмером, попавшимся на её пути вот уже вторично за этот день – она сразу его узнала, пусть раньше и не вглядывалась в него слишком пристально.
- Извините, - стало её ответной реакцией.
    Для Мелурии было привычным извиняться в любых конфликтных ситуациях, в которых она была замешана, даже если она и не являлась зачинщицей. В данном случае было сложно сказать, кто ошибся – она или данмер, так что, можно было посчитать, что оба они проявили одинаковую нерасторопность. Но мгновением спустя ей показалось, что нужно было ответить немногим иначе, ведь данмер уже «увёл» извинение первым.
    - Всё в порядке, - заверила его девушка, слегка улыбнувшись – больше вежливо, чем задорно. Она бы ответила так, даже если бы это было неправдой. – Не стоит беспокоиться. А Вы… - Она снова скользнула по нему взглядом. – Надеюсь, ничего не разбили?
    Данмерка уже представляла, к чему был этот хруст, который она расслышала в момент столкновения - склянки в сумке на тот момент оказались как раз между ней и столбом. «Ну вот, - с досадой подумала она, - не успела ещё за ворота выехать, как уже умудрилась всё испортить». Без зелий, как и убеждала её торговка, ей будет очень сложно, поэтому Мелурия уже начала обдумывать, что она может не купить и без чего обойтись, чтобы с налётом лёгкого смущения вновь прийти в алхимическую лавку и таки докупить недостающих зелий. Но это не означало, что она спросила об этом данмера с целью обратить внимание на свои проблемы. Ей просто действительно не хотелось, чтобы в ходе этого небольшого инцидента он тоже понёс какие-либо убытки.
    - Я видела Вас у алхимика, - добавила она, поясняя, чем мотивирован её предыдущий вопрос.
    Задав его, Мелурия резко замолчала, осознав, что её могли не так понять. Вместо продолжения, она мотнула головой в сторону своей сумки, чтобы понять, насколько всё плохо. Зелья ещё не успели вытечь наружу, но девушка уже представляла, какой хаос будет в сумке, когда она туда заглянет. Тем не менее, ей не хотелось акцентировать на этом внимание незнакомца, поэтому она, будто невзначай, отодвинула сумку чуть назад и взглянула ему в лицо, ожидая ответа.
[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

При себе

Одежда, скромная сумка на поясе, меч (акавирская катана), на голове капюшон.

Отредактировано Мелурия (2017-10-17 00:44:24)

+1

3

Собираясь помочь подняться случайной жертве уличных обстоятельств Слышащий протянул руку, но оборвал свой жест, наткнувшись на вежливо отстранённый вид Мелурии. Девичье лицо не закривилось гримасой боли, с губ не сорвалось упрёков и ругани, которую менее сдержанная особа вполне могла бы обрушить на голову неловко подвернувшегося незнакомца.

   - Всё верно, мы с вами виделись в "Эликсирах Элгрима.", буквально  минут двадцать назад. Ничего я не разбил, - ответил  Слышащий, - У меня, если честно, и биться  совершенно нечему, налегке передвигаюсь по городу, - данмер развёл руки, демонстрируя что не имеет при себе ни сумки, ни какой другой ручной клади.

   - А вот у вас, мне кажется, случились некоторые потери. Если конечно услышанный мной звук не был вашими  хрустнувшими позвонками. Может быть всё таки загляним, не растекается ли у вас стеклянное крошево вперемежку с продуктами ?

   Говоря это Сарт кивнул на сумку, которую девушка незаметным жестом попыталась переместить подальше от его видимости. Он не пытался в неё вглядываться, что бы не показаться слишком навязчивым, а вот обращённое к нему миловидное лицо данмерки нейтрально вежливым взглядом оценил.
Казалось бы, чего проще - извинился и шёл бы дальше своей дорогой, но Слышащий, пытался разговорить девушку. Двигало им сейчас не  желание завернуть мимолётную интрижку, с простыми удовольствиями, он действительно чувствовал себя  виноватым в инциденте. Вторым моментом являлось то, что участь данмеров в холодном Скайриме по прежнему оставляла желать лучшего, и Сартайдес, встречая других "серых", всегда старался завязать и  укрепить с ними знакомства. Что бы иметь, при случае, возможность повлиять или помочь соотечественникам.

   - На улице это не особо сподручно, доберёмся туда, где есть стол, и подобие крепкого чая? Как  на ваш взгляд? - оглянувшись Слышащий указал рукой на первый попавшийся общественный дом,  с вывеской и деловито клубящимся из трубы тёмно сизом дыме, явно пыхающем от какого нибудь очага уставленного котелками с бараньей похлёбкой и вертелами истекающими  жиром с кабаньих окороков.

+1

4

Бывало, что совершенно обыденные ситуации заставляли Мелурию застопориться, так что она терялась, по сути, в совсем уж обычных действиях. Но так уж сложилась жизнь данмерки, что общество разных существ воспринималось ею как нечто более привычное, чем окружающих людей. Нет, едва ли из-за таких нюансов девушку можно было посчитать нелюдимой, но она бы предпочла сразиться с вампиром в какой-нибудь заснеженной пещере, чем столкнуться с незнакомцем и разбить в результате этого столкновения несколько очень важных для себя склянок, но что даже существеннее того — доставить этому самому незнакомцу неудобства. Мелурия, честно сказать, была готова к любому исходу — всё же, живущие в Северной провинции люди весьма горячи на темперамент и им свойственно время от времени устроить скандал по поводу самых незначительных мелочей, - но ей всё же хотелось бы сгладить углы ещё до того, как начнётся выяснение отношений. Поэтому она была очень благодарна тому стечению обстоятельств, которое свело в столкновении, как оказалось, двух совершенно неконфликтных данмеров — по крайней мере, так Мелурии показалось на первый взгляд, потому как незнакомец не причитал и не подавал виду на то, что его как-либо задел этот маленький инцидент. Надо же! Он даже предложил ей руку помощи, которую девушка из-за нахлынувшей на неё растерянности пропустила мимо внимания.
    - Я рада, что у Вас всё обошлось, - без притворства ответила данмерка.
   Было несколько причин тому, чтобы порадоваться. Во-первых, она услышала весьма вежливый ответ, а  получить таковой для данмера да ещё и в такой ситуации является редкостью. Во-вторых, ей бы стало совсем не по себе, если бы оказалось, что в результате их коллизии незнакомец тоже лишился части своих покупок. В-третьих, если бы предыдущий пункт отвечал бы иным условиям — то есть, если бы Мелурия действительно повредила чьё-то имущество, - она бы непременно откупила бы его стоимость, а это ударило бы по её карману. Лишние расходы сейчас были бы очень некстати, поэтому было в самую пору отметить, насколько успешно всё в самом деле сложилось для Дозорной. Правда, мгновение спустя это впечатление было слегка смазано наблюдательностью данмера и его нежеланием прикрывать глаза на тот факт, что в сумке Мелурии всё же случился некоторый переполох.
    - Уверяю Вас, это не стоит столь пристального внимания, - попыталась отмахнуться она, а зелья, тем временем, уже пропитали ткань сумки — данмерка почувствовала это ладонью.
    Даже учитывая то, что она не могла сорить деньгами направо и налево, как некоторые состоятельные люди, Мелурия, тем не менее, не была настроена на то, чтобы вытряхивать их из окружающих людей при первом удобном случае. Если бы она была менее устойчивой в своих взглядах, то сейчас смогла бы извлечь из сложившейся ситуации даже некоторую пользу для себя — видно ведь было, что повстречавшийся ей данмер был личностью весьма обязательной, поэтому, проявив определённую долю хитрости, девушка в итоге всего сумела бы получить за разбитые зелья либо лишний септим, либо дополнительные снадобья, лихо соврав про их точное количество. Но был один нюанс — Мелурия никогда бы так не поступила, и сейчас она не была намерена менять своего отношения к подобным моментам. По большому счёту ей бы стоило придумать, как открутиться от дальнейшей беседы и сбежать, пока ситуация не превратилась в нечто ещё более неловкое, но проявленная незнакомцем вежливость подтолкнула её к тому, чтобы задержаться. На её взгляд, она — вежливость — была одной из ценностей, которые никак нельзя оставлять без внимания, ведь люди и без того, не получая взамен того хорошего, что они отдавали другим, попросту переставали так делать. Мелурия же пыталась пробуждать во встречных людях то, что считала необходимым для хорошей жизни — это стремление в наибольшей мере проявилось в ней после того, как она прожила определённое количество времени со жрецами Мары, и до сих пор оно было при ней. А это означало, что она не могла  - и, надо сказать, не хотела — отнекиваться от предложения данмера.
    - Раз уж так, то давайте сходим туда, - с улыбкой произнесла она.
    Это заведение было ей хорошо знакомым, тем более что оно было вполне вместительным и пользовалось недурной славой. В городе, где на каждом углу происходили какие-то мелкие и не очень преступления, эта таверна воспринималась как один из оплотов «спокойствия» — по крайней мере, Мелурия знала, чего можно ожидать от её посещения. Поэтому она, не запинаясь, как это обычно бывало в моменты волнения, отправилась в нужную сторону. На этот раз, проходя мимо данмера, обошлось без столкновений — всё же идти в одном направлении было куда проще… и целесообразнее.
    В это время суток число посетителей было значительно больше, чем в более ранние часы, но свободные места всё же были, и данмерке не понадобилось много времени, чтобы его высмотреть. Ей нравились укромные места, своего рода укрытия, в которых можно было отгородиться от всего остального пространства. Руководимая этой мыслью, она откинула назад капюшон своей верхней одежды и выбрала столик в самом дальнем углу, но поблизости от стойки. Мелурия указала на него взглядом, и они отправились туда. По пути данмерка уловила приятные, не слишком навязчивые звуки флейты — порой здешние барды играли настолько душевно, что это прибавляло этому заведению особого обаяния. В любом случае, девушке такая спокойная, завораживающая мелодия была больше по душе, чем выкрикивание песен на тему Братьев Бури или Легиона. Она, по сути, пока что не хотела ничего о них слышать — уж слишком мало времени прошло со времён гражданской войны. К тому же, под звуки такой музыки можно было спокойно поговорить без необходимости надрывать голос и напрягать слух, чтобы расслышать собеседника.
    - Здесь достаточно уютно, - успела сказать она, прежде чем проходившая мимо девушка с двумя пустыми кружками на подносе не спросила, каковы будут их пожелания.
    Мелурия всё с той же скромной улыбкой взглянула на своего спутника, дожидаясь его ответа. Несмотря на то, что заказанный им зелёный чай выходил за рамки предпочтений данмерки, она всё же кивнула в ответ на устремлённый к ней взгляд девушки и заказала тот же напиток. Наверное, после такой небольшой встряски ей бы больше пригодился черновересковый мёд, но Мелурия не хотела напиваться или переставлять акценты — всё же, она пришла сюда в первую очередь, чтобы поговорить. Что-то ещё изначально подсказывало ей, что простым обсуждением того инцидента не обойдётся. Если же прислушаться к себе, то можно было понять, что данмерка просто ухватилась за возможность пообщаться со своим сородичем. Всю свою жизнь она мнила себя нордкой и намеренно избегала встреч с тёмными эльфами, стараясь не объяснять себе такого поведения, но вместе с тем прекрасно сознавала причины этому. Она попросту боялась, что может увидеть что-то общее между собой и тем народом, к которому она внешне принадлежала. Зачастую ей удавалось не ввязываться в тесные отношения с другими данмерами, да и в поверхностные тоже, но этот незнакомец располагал к себе, и поэтому девушка не отказала себе в возможности немного пообщаться с ним.
    - К слову… - начала она, обведя взглядом таверну и вычисляя, не подойдёт ли к ним прямо сейчас подавальщица, а затем вернулась им к данмеру, - меня зовут Мелурией.
    Было бы странно, если бы она медлила со знакомством, так как теперь они находились уже не на улице и без имён было бы сложно обойтись. Это был, пожалуй, тот очень редкий раз, когда девушка практически без промедления назвала своё настоящее имя, которое она часто определяла в своих мыслях как данмерское. Её отец, найдя её в трясинах Хьялмарка, назвал её так, чтобы потом у девочки был выбор, ведь впоследствии, когда она выросла, то всегда называла себя Лурой, и люди, когда слышали это, не сразу начинали ассоциировать её с тёмными эльфами, и Мелурия представала их глазам данмеркой, да, но прожившей всю жизнь в Скайриме и потому имеющая право иметь нордское отношение к окружающим её вещам. Это сокращённое имя было своего рода прикрытием, щитом, которым девушка орудовала вовсе не против врагов, а против того, что пугало её в обычной жизни, например, возможности быть не принятой обществом, которое она считала «своим», так как другого у неё никогда не было и возникнуть не могло. Но на данный момент Мелурии по какой-то причине захотелось назвать именно своё полное имя. Вполне вероятно, что на это повлиял сидящий напротив неё данмер — она хоть и не стремилась к обществу и культуре тёмных эльфов, даже напротив, но испытывала некое подобие стыда, когда сталкивалась с «настоящими» представителями этой расы, скорее всего потому, что она, будучи рождённой данмеркой, была очень далека от понимания этого народа. Но и притворяться девушка была не намерена.
    - Я родом из Морфала, - ненавязчиво подчеркнула она, - а здесь проездом. Собиралась отнести щит на починку к местному кузнецу, но его не оказалось на месте, так что, по-видимому, придётся отложить это на другой раз. - Мелурия взглянула на данмера. - А Вы? Что привело Вас сюда?
    Про щит она упомянула, чтобы отвлечь внимание собеседника от зелий. Судя по тому, что она успела нащупать, все склянки, кроме одной, разбились. Потери были не сказать, что велики, но досадные, тем не менее, хорошая беседа могла разгладить эти впечатления. Зелья можно заменить, а сумку — выстирать ночью и просушить, прежде чем отправиться в путь. Сейчас стоило бы собрать то, что от них осталось, и привести в порядок остальные вещи, но делать это нужно было наедине, а Мелурия предпочла дождаться чая, оставшись на своём месте. В жизни нужно уметь правильно расставлять приоритеты, отличать мелочи от действительно важных вещей. И сейчас чай и беседа были для Дозорной предпочтительнее, чем ревизия в сумке, закреплённой на поясе, которая могла подождать до ночи.
[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2017-09-16 23:08:32)

+1

5

"Морфал Морфал... Какой даэдра мог исковеркать судьбу эльфийки, что бы её родителей занесло в такую глухомань, где на единой улице три дома, а вокруг километрами стелится нежилое комариное болото? Ни одного данмера я там и краем глаза не видел. Нечисто что то, dzeiwy, с твоей названной родиной, или семейка у тебя какая нибудь..очень с причудами", -  думал Слышащий  ненавязчиво рассматривая собеседницу.

    Если она и была полукровкой, плодом мимолётной любви оседлой нордки и какого нибудь бродяги эльфа с хорошо подмазанным языком, то черты лица её вышли более чем удачно. После того как девушка назвалась всего лишь одним именем, Сарт укрепился в мысли, что перед ним шикарный итог расового филогенеза. Данмеры при встречах с сородичами обычно именовались всем, что могли приписать к своей личине. Именем, фамилией, подданством одного из Домов, нередко добавлялись имена- фамилии- прозвища предков, особенно знатных. Даже мер который натирает грязной тряпкой столы в виндхельмском кабаке знакомясь гордо отрекомендуется что нибудь вроде: Лапартур Вульвур, из славного Дома Теллвани, наследник Лорда Высокого Советника Меглюмина Акридона, - если конечно имеет на это право.
Случайная знакомая назвалась удивительно скупо.
Возможно у девицы кроваво грязное прошлое. Опасное, как гремучая змея. Или постыдное, гадкое, скверное, как септимы рассыпавшиеся в отхожем месте дешёвого вертепа. Что данмерка  намеренно плетёт басни о своём имени и месте рождения было бы вполне понятной жизненной ситуацией, но упрямо не вязалось с производимом ею впечатлением.

   "Птичка бессеребренница, или виртуозно маскирующаяся дрянь", - вынес из своих первых ощущений Сарт. Решив не менять дружелюбной манеры поведения пока изо рта новой знакомой не мелькнёт  ядовитое жало он, что бы не смущать её, назвался в той же краткой манере:

   - Меня зовут Сартайдес, я родился на Солстхейме. Приятно познакомиться, Мелурия, пусть Предки будут к вам благосклонны.

   Рыжеватая веснушчатая служанка принесла заказанный данмерами чай и склонившись с манящей улыбкой воркующим шёпотом предложила "добавить  в заварку корешков". От чего Слышащий, не желавший ощутить эффекты местной подпольной наркоты сразу отказался за обоих.
Подавальщица разочарованно скуксилась и отчалила помахивая подносом.

   Медленно прихлёбывая чай маг обвёл глазами трактир, привычно выглядывая подозрительных личностей. На фоне усердно жующих и болтающих посетителей выделялась разве что троица побродяжек более разбойного вида чем остальные. Они то заговорщицки шушукались, сдвинув гривастые головы, то разражались громким смехом и азартно чокались пудовыми кружками. Когда Сарт с Мелурией проходили через зал эта компания глазела на них усердней остальных. Хотя точно такими же сальными взглядами они провожали и другие разнополые пары являющиеся на пороге трактира. В конце концов это же был Рифтан, здесь тихо выпивающий в своём углу ветеран мог оказаться известным взломщиком, а хвастливый усатый наёмник - жалкой шестёркой на побегушках Гильдии Воров.

   - Это может показаться странным, но у меня так же было дело в кузнице, - начал отвечать на вопрос данмерки Слышащий, выбирая в голове части правды, которую он мог озвучить случайной знакомой, - Я помогаю в делах одному из смотрителей рудной шахты в Пределе, и по его поручению должен был забрать у Балимунда образец слитка, из руды которую ему пересылали раньше. Я приехал в оговоренный срок, и это уже не первая наша подобная сделка, как и вы, не застав его, я был достаточно удивлён. Кузнец лишится весомого кошеля септимов, обещанного за работу, я - провалю выданное поручение... Что кажется мне более худшим, дело возможно не ограничится материальными потерями. Кователь был человек ответственный. Скорее всего с ним приключилось что то недоброе. С ним, и его давним товарищем, алхимиком Элгримом, - Сарт отставил опустевшую чашку и пояснил данмерке, - Он ушёл из дома пару дней назад, как раз в кузницу, и с тех пор не возвращался. Мне поведала об этом его жена. Она достаточно желчная особа, но к фантазиям её мозговая оснастка не располагает, и мужа она любит крепче собственных застиранных юбок.

   - Мне кажется надо наведаться в кузню. Не могли же двое взрослых мужчин взять и испариться из дома бесследно? Тем более там  обретался и подросток- пасынок Балимунда, уверен, его так же никто не видел эти дни. Я бы предложил обратиться к кому нибудь из местных стражей, рассказать о пропаже, попросить вскрыть жилище, на предмет осмотра. Естественно в присутствии стражника, предусмотрительно удобренного парой монет. Что бы нас не вздумали потом объявить грабителями, или того хуже - убийцами. Как вам моя идея?, - Сарт выжидающе прямо посмотрел в глаза данмерки, - Только первым делом вы всё таки вытряхните битое стекло из вашей сумки.

   Слышащему проще было бы заняться делом одному. Он бы дождался ночной поры, пробрался  в кузню, замок на которой не представлял из себя ничего серьёзного. Или перекинулся бы с кем то из воровской братии, и ему бы открыли с удобством, а заодно увели во время ночной патруль   по другой улице. Но ему не хотелось светить перед девушкой своими сомнительными навыками и нечистыми знакомыми. Распрощаться с ней после мимолётного разговора - так же не хотелось.

   - Во первых вы стали бы свидетельницей тому, что мы обнаружим внутри, - стал перечеслять убеждающие доводы маг, - А во вторых, в случае какого нибудь срыва могли бы помочь мне выпутаться живым из ситуации, вам ведь привычно обращаться с оружием?

   Сарт завуалировал грубоватое определение " наёмница". Хотя именно в этой роли Мелурия его не интересовала, но кто знает, может и примет его по виду за обеспеченного скупщика, опасающегося за свою голову.

Отредактировано Сартайдес (2017-09-29 00:48:14)

+1

6

«Предки». Мелурия мысленно повторила это слово ещё раз - оно навязчиво не хотело покидать её мысли и быстро перетянуло на себя внимание с действительно важных вещей. Это ведь был всего лишь… оборот речи. Считай, обыкновенная вежливость. Но данмерка не была бы собой, не задумайся она об этом больше, чем было уместным в данной ситуации, когда и без этого было о чём поразмыслить. Где то сейчас её предки? Мелурии хотелось верить, что в Совнгарде, как и подобает  достойным нордам, но хватало обратить взгляд на свои ладони, спокойно взгромождённые на поверхность стола, чтобы вспомнить о том, что это вряд ли возможно. Это, в свою очередь, приводило её к уже привычным отсылкам к себе самой. «Ты не принадлежишь этому месту,» вновь заявил   о своём присутствии тот едва слышный, но плавный и уверенный в себе внутренний голос. Мелурия не хотела с ним соглашаться и всегда отнекивалась от этой простой истины. Но стоило ей на миг утратить внутреннее равновесие, как он неизменно возвращался и допытывался до неё вновь, будто жаждал услышать подтверждение этим словам. Сейчас выбивающим её из колеи элементом  послужил мужчина, с которым она вела разговор. При нём девушка почему-то не ощущала себя ни настоящей нордкой, ни настоящей данмеркой, и это заставляло её в определённой степени нервничать. При этом Мелурия хорошо понимала, что это - её внутренние распри, и ей не хотелось, чтобы это выходило наружу и как-то влияло на то, что окружало её.
   - Приятно познакомиться, Сартайдес.
   Она повторила имя нового знакомого не столько потому, что придерживалась строгого официоза, а чтобы запомнить правильное произношение - если бы она принялась выговаривать его неправильно с самого начала, это было бы видно, а так был шанс сразу же проследить реакцию собеседника и в будущем не ошибиться. У Мелурии, привыкшей к весьма частой критике со стороны окружающих - зачастую даже необоснованной, - выработался некий страх перед оплошностями, поэтому она искала способы избегать их. Иногда это доходило до абсурда, но мало что могло изменить натуру перестраховщика в данмерке.
   - Мне доводилось слышать о Солстхейме, - продолжила она, - но не бывать там.
   Не сказано, что ей вообще когда-либо хотелось посетить его. Пепел, пустыри и множество данмеров - так представлялось Мелурии это место. По вполне понятным причинам она ассоциировала остров с Вороньей Скалой, который представлял лишь его небольшую часть, но, как известно, человек заостряет своё внимание на том, что беспокоит его больше всего. Благодаря некоторым беседам и ситуациям из прошлого, Солстхейм закрепился в уме девушки как возможность узнать побольше о своём народе и, быть может, даже вклиниться при должном старании в ряды своих сородичей. Ни то, ни другое не прельщало девушку - она твёрдо стояла на своём убеждении, что её место - в Скайриме. Но было и нечто положительное в том, что её собеседник был не из здешних краёв. Это делало его в некоем смысле особенным, обособленным от остальных данмеров, которые встречались Мелурии, а потому - любопытным для неё. Только неизвестно, не скривится ли он внутренне от того, что представляла собой сама девушка, учитывая, что он - по мнению Мелурии - был оттуда, где люди и, в частности, данмеры были теми, кем казались со стороны.
   Впрочем, это не помешало мужчине продолжить разговор. Данмерка внимательно прислушивалась к тому, что он говорил. Ничего странного в том, что у них обоих - двух заезжих в город персон — нашлось дело к кузнецу, ведь он - один из тех людей, чьи услуги востребованы среди путешественников, но история Сартайдеса оказалась более запутанной, чем у Мелурии, которая всего-навсего намеревалась обратиться к кузнецу, чтобы починить свой щит. Мысленно она отмечала маленькие детали из его рассказа, делая своеобразные «якорьки», помогавшие ей лучше разобраться в ситуации. От Рифтена до Предела путь не близкий, поэтому данмерка прекрасно понимала нежелание мужчины отправляться обратно с пустыми руками, но куда важнее для неё стало то, что было сказано в самом конце.
   - Элгрим не появлялся несколько дней? - заметно сбавив громкость своего голоса и заговорив почти что полушёпотом, переспросила Мелурия.
   Пальцы, обхватывающие чашку с чаем, напряглись, будто держали рукоять меча, и данмерка опустила её на стол. Тут уже было не до личного стеснения. Едва только разговор зашёл о других людях, которые, возможно, оказались замешаны в какой-то мрачной истории, Дозорная полностью переключилась на эту ситуацию, отодвинув на задний план всё, что она испытывала по поводу встречи с, условно говоря, сородичем.
   - Я знакома с его женой, - сказала Мелурия, наклонившись чуть поближе к собеседнику. Пар, исходящий от чая, обдавал её лицо жаром, но девушке нужно было чем-то занять руки и направить куда-то напряжение, поэтому она не стала отставлять её. - Она действительно обладает не самым лёгким типом характера, но я могу подтвердить — своего мужа она действительно любит.
   Не то чтобы данмерка когда-либо говорила с этой женщиной по душам, но искренние эмоции всегда видны - их легко считать по каким-то невольно брошенным словам, а ещё проще распознать в делах. То, как вела себя Хафьорг, действительно указывало на всё то, что подметил в ней Сартайдес. У Мелурии не было особых причин заподозрить нового знакомого в каких-то домыслах - он не был похож на людей, склонных превращать разного рода мелочи в едва ли не целые приключения. Дозорная старалась не ставить под сомнение слова всех и каждого, так что в её глазах сидящий напротив данмер действительно был деловым человеком, а таким вымышлять и приукрашивать что-то нет никакого резона. Получается, они имело дело с чем-то таким, о чём Мелурия даже не задумалась бы, когда она относила на починку щит и ей сказали, что кузнеца пока что нет на своём привычном месте. Это очень многое меняло - вплоть до планов данмерки на её ближайшее будущее.
   - Вы правы. Двое, а то и больше, человек не могут просто так взять и исчезнуть, - ответила Дозорная. - Но если это дело нескольких дней, то ситуация может быть серьёзнее, чем кажется на первый взгляд, и в таком случае было бы целесообразным обратиться к управителю ярла и уведомить его об этом. Балимунд и Элгрим — не последние люди в этом городе.
   Мелурия подняла взгляд, ненароком ускользнувший вниз на столешницу, и посмотрела в глаза собеседнику. «Или не очень,» она тут же подхватила и опровергла своё собственное предложение. Рифтенское управление - чего уж там прикрываться желаемым, - погрязло в беззаконии. Один лишь тот факт, что они позволяют Гильдии воров фактически безнаказанно «править» городом, полностью дискредитировало и ярла, и его ближайших подданных в глазах девушки. Мало ли эти двое мужчин, а также воспитанник кузнеца исчезли не без участия той самой компании воров? Тогда обращаться к местной власти нет никакого смысла, и то, что она назвала наиболее целесообразным, стало бы действием не более разумным, чем попытка набрать воды чашкой без дна.
   - Но сперва, возможно, нам и вправду стоит попытаться разведать что-то самим.
   По поводу помощника смотрителя из Предела она была не уверенна, но самой ей не раз приходилось разыскивать следы тех, кто сам по себе очень склонен прятаться. Вампиры и даэдрапоклонники чрезвычайно редко громко заявляют о себе. Но из своего опыта Мелурия так же знала, что лучше всего такие задачи решать в компании кого-то ещё. Как говорится, одна голова - хорошо, а две - это не просто лучше - это аж целых две пары глаз, каждая из которых наделена разным уровнем наблюдательности, и два мозга, опять же — каждый из которых мыслит по-своему. То, что один может запросто пропустить мимо своего внимания, другой может заприметить ещё с первого взгляда, брошенного через порог. А так как Мелурия после всего услышанного даже не думала о том, чтобы пустить всё на самотёк, то предложение содействовать приняла с открытой охотливостью.
   Выдержав взгляд данмера, она одобрительно кивнула, после чего была вынуждена разомкнуть пальцы и отодвинуться чуть назад.
   - Хорошо, - согласилась она и подвинула пояс таким образом, чтобы сумка оказалась у неё в руках.
Разбитые склянки данмерка доставала, почти что не отдавая себе отчёта, в том, что она делает. Аккуратно доставая осколки, она складывала их перед собой на столе, а её мысли тем временем крутились вокруг закрытой кузницы и людей, исчезнувших пару дней назад. Мелурия перебирала в уме всякие версии и причины их исчезновения, но не могла придумать ничего, что успокоило бы её. Достав последний фрагмент разбитого зелья, она была твёрдо убеждена в том, что ей больше не хочется засиживаться в этом месте, ведь это время можно было пустить на поиски.
   - Привычно, - в очередной раз подтвердила Мелурия, отодвигая пояс с сумкой назад и разместив свободную руку на рукояти своего меча.
   Оружие было одним из тех вещей, которые данмерка всегда держала при себе. Распространяться по поводу того, на каком уровне она им владеет, она не стала, да и впрочем сейчас это не имело смысла. Если бы она хотела себя зарекомендовать, то пришлось бы рассказать добрую половину своей жизненной истории, а Мелурия пока что не торопилась поведать её каждому встречному, пусть и воспитанному и в целом оставляющему положительное впечатление. К тому же, вдобавок ко всему это будет причиной для её спутника не расслабляться. Дозорная не знала, умеет ли он сам обращаться с оружием, но что-то ей подсказывало, что он не так прост. Как минимум, если бы речь шла о личности, предпочитающей нанимать других людей для решения своих проблем, он бы предложил Мелурии деньги за её услуги, но пока что всё больше походило на какое-то общее дело.
   Не видя причин оставаться в таверне, данмерка поднялась на ноги, сгребла осколки и, переглянувшись с Сартайдесом, направилась к выходу. По пути она успела обдумать ещё несколько вариантов, как им было бы лучше поступить, но стремительно приближающийся вечер, который грозился вскоре прикрыть тенями и без того темноватый во всех отношениях город, не оставлял слишком много простора для разнообразия идей.
   - Каков наш дальнейший план действий? - тихим тоном осведомилась Мелурия, когда к ней присоединился данмер.
Оглянувшись по сторонам и не отходя далеко от входа в заведение, девушка подправила одной рукой меховую накидку на плечах и набросила на голову капюшон. По большому счёту ей бы не мешало сходить за щитом и дополнительной суммой денег - раз уж они собрались подкупить стражу. Мелурия говорила себе, что всё, чем они ограничатся, это простой осмотр помещений, но ей не хватало привычной тяжести на спине - без щита она ощущала себя более открытой для любой опасности, но вместе с тем была готова отталкиваться от того, что было. «В конце концов, - решила она, - можно будет перехватить меч обеими руками или же использовать одну из них для магии». Хорошо было бы не прибегать ни к тому, ни к другому, но, зная Рифтен и те ситуации, в которых ей чаще всего доводилось побывать, данмерка склонялась к тому, чтобы оставаться начеку и не вычёркивать ничего из списка возможного. [AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2017-10-17 17:58:12)

+1

7

Пчела и жало, два дня назад.

   По окончанию рабочей недели зал трактира был набит под завязку. Подавальщицы, подобрав юбки, носились с подносами, на которых опасно раскачивались составленные друг на друга кубки, кувшины с вином и глиняные тарелки с закусками. Кирава надсаживала голос раздавая указания, а когда её плохо понимали принималась лихорадочно трясти хвостом, что означало у неё крайнюю степень раздражения. Желающих уже некуда было сажать. Со всеми столами, где можно было сгруппировать несколько компаний, не беспокоясь что они повыдирают друг другу бороды, этот манёвр был уже исполнен.

   В одной из таких сборных солянок, восседающих у стены под шкурой бурого медведя, попойка незаметно перешла во все обще дружескую. Причиной в этом были двое старинных приятелей – Белмунд и алхимик Элгрим. Кузнец праздновал завершение сразу нескольких заказов, исполнение которых требовало от него особой точности, и сейчас пропивал обещанный гонорар. Ему, как лицу хорошо известному в городе, в Пчеле и Жале всегда были готовы предоставить кредит. Зашёл он с другом в трактир довольно рано, рассчитывая пропустить мёда, всего то по кружке другой. Но разомлев в тепле всеобщей хмельной атмосферы забылись, и с размахом пустились во все тяжкие. Соседи по столу оказались втянуты в общий разговор, оживлённый бессвязный и малосодержательный, как это и бывает в подобных случаях.

   - Ты посмотри на эти руки, это ж не руки, а клешни, - убеждал Белмунд сидящего рядом с ним приземистого норда с короткой русой бородой, не местного. Подсовывая ему под нос свои загрубевшие мозолистые ладони, копоть и следы окалины с которых  не смывались даже лучшими мыльными смесями, кузнец продолжал, - Глянь, глянь! Страшенные  же да? А какие чудные вещи они могут сделать! Ты видел когда-нибудь железные цветы? Я могу хоть целый букет выковать, стебелёк к стебельку, клянусь Талосом! Самому удивительно, и без всяких магических подкормок, вон, Элгрим не даст соврать. Мне заезжие таны  такие решётки заказывают, что страшно к делу приступать, столько там финтифлюшек да орнаментов, а поди же – в итоге ни один заказчик от меня недовольным не уходил, вот на что настоящее мастерство способно!

   - Зато магией можно такое сотворить, что и твоим умелым рукам недоступно, - многозначительно улыбаясь встрял алхимик, покачивая кружкой.

   - Не лежит у меня душа к подобным делам, противны они исконной природе Скайрима, но что верно, то верно, - кивнул Белмунд, отпивая добрый глоток, - Да и барыш может принести немаленький.

   - Может и приносит, - ещё более многозначительно захихикал Элгрим, -   На что сидим то, а?
Друзья обменялись пьяными взглядами и невразумительным бурканьем, казалось им жутко хочется о чём то рассказать, но остатки осторожности сдерживали их нетрезвые  языки перед чужим человеком.

   - У меня давно барышные дела не ладятся, – вступил в разговор заезжий норд, пользуясь паузой, - Как война закончилась, так и ныкаюсь, как неупокойный, нигде толкового места не найду. Вот, про Рифтен слыхал много, решил попробовать здесь работёнку по плечу сыскать.

   - Ээээ, - добродушно усмехнулся в пшеничные усы кузнец, - Нашёл куда явиться, в Рифтен! Тут, парень, если  не собираешься себе воровской карьер делать, то можно дороги мастить, или в богатых домах лошадям хвосты от навоза вычёсывать. Горожане за свои тёпленькие рабочие места руками и зубами держаться крепко - накрепко. Иди уж лучше в рыбаки – спокойно, сытно, сам себе господин. Сиди день деньской возле удочки, в комаров поплёвывай.

   - Не могу я в одиночестве, тоска, как ржа железо, начинает душу разъедать, - понурился русоволосый, - Товарищей всех в войну порастерял, семьи не завёл…

   - Загляни что ле в кузню завтра, - сочувственно проговорил Белмунд, - Может и придумаем чего, а сейчас я вот ей ей, уже, мозгами шевелить не могу, да и ногами, кажись, не особо, - тяжело поднявшись из-за стола кователь опёрся на плечо алхимика, и с его поддержкой двинулся к выходу, махнув на прощание, - Бывай, брат!
   
_______________________________________________________________________________________________________________

   - Каков наш дальнейший план действий? – осведомилась данмерка, когда они с Сартом оказались  на вечереющей улице.

   Слышащий молча цедил чай  во время её рассуждений за столом. Она разумно вспомнила об управителе ярла, но данмера этот вариант не устраивал. Один Ситис знает сколько будет потрачено времени на попытку побеседовать с городским начальником. И не пришлось бы  Сартайдесу объясняться о его делах с кузнецом, и не потянулась бы потом  скользкая ниточка расследования бдительной рифтенской стражи  дальше, не в самые чистые дела мага. Нет уж, в глотку даэдра такой путь.  Он позволил девушке самой найти аргумент не впутывать власть имущих.

   - Сейчас мы отправимся по ближе к кузне, - ответил Сарт, покручивая между пальцами блестевшую новёхонькой  чеканкой монету, - И подыщем себе бездеятельного стражника, что бы обратиться с нашей просьбой. Желательно стоящего в одиночку и с физиономией по грустнее. Знаете вроде голодающего с Предела, или страдающего похмельным пучеглазием- что бы он охотнее оценил наше рвение под блеск септимов, и не особенно цеплялся с разговорами.

  Количество осколков, оставленных Мелурией на столе трактира подсказывало Слышащему что девушка лишилась почти всех своих приобретений. Выгляди она по развязней он бы точно предложил завернуть ещё раз к Хафьорг, но сейчас это, он чувствовал, вряд ли будет уместно. Может быть он пригласит её туда позже.

Отредактировано Сартайдес (2017-10-22 00:53:45)

+1


Вы здесь » Скайрим: Возрождение » Текущее время » Ступенька или яма на твоём пути.( Рифтен 27.04.205 4Э )