Сеттинг: The Elder Scrolls: Skyrim
Система: эпизодическая
Рейтинг: 18+
Текущая дата игры: 205 4Э
Место действия: Скайрим Пока Буревестник собирает войска для вторжения на Алинор, молодой королеве Элисиф придется использовать все свое очарование, ум и опыт, чтобы выжить в интригах ярлов и удержать власть в своих руках. Волшебники Коллегии обнаружили магические аномалии, которые угрожают самому магическому миру, а Соратники столкнулись с неожиданном врагом. Темное Братство никак не может выкарабкаться выше мелкого ордена убийц, а воров преступной Гильдии, кажется, опять оставило благословение Ноктюрнал.

Ульфрик Буревестник - националист, тиран.
Эйла Охотница - легендарный стрелок.
Элисиф Прекрасная - любитель шуб и бардов.

Скайрим: Возрождение

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Скайрим: Возрождение » Текущее время » Ступенька или яма на твоём пути.( Рифтен 27.04.205 4Э )


Ступенька или яма на твоём пути.( Рифтен 27.04.205 4Э )

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

1. Ступенька или яма на твоём пути.
2. Краткое описание эпизода: Казавшаяся незамысловатой и прогулочной поездка Сартайдеса в Рифтен окрашивается тревожным предчувствием. Случайности, словно костяные бусины нанизывающиеся одна за другой на нити судьбы, плетут неясные сети готовые то ли увлечь, то ли подхватить. То ли сложиться узором и рассыпаться. Без последствий.
3. Участники: Сартайдес, Мелурия
4. Тип эпизода: Личный.
5. Примечания:  Оформление постов - без выделения речи, возможны изображения. Ответы в очень свободном режиме.

Каждый случай это ступенька или яма на твоём пути.

   Месяц Руки Дождя выдался в этом году прохладным, но солнечным и ветреным, а день в который Сартайдес отправился по своим делам был особенно хорош. Прозрачный воздух добавлял окружающему чёткости. Высоко в небе ветер лихо гонял белоснежные комковатые облака. Пахло зеленью весенних листьев и преддверием тепла.

   Дела мага не требовали спешки и были не особенно обременительны. В первую очередь он собирался заехать к знакомому виндхельмскому шорнику, получить комплект сбруи для Тенегрива, сшитый по личным эскизам Слышащего, дальше его путь лежал в Рифтен. Там он должен был повидаться с престарелым Элгримом- алхимиком.

   Подъехав к виндхельмским конюшням Тенегрив, повинуясь движению поводьев, послушно остановился. Вышедший конюх, оценив опытным взглядом вороного красавца скакуна и подбитый дорогим мехом плащ путника, согласился послать парнишку работника в город, в Снежный квартал, отыскать и привести искомого мастера.
   Вскоре посланец вернулся. За ним, с круглым свёртком в руках шагал худой, голенастый, как кузнечик,  данмер, с узкими, очень тёмными глазами.
Слышащий присел под навес и шорник с достоинством развернул перед ним принесённую работу. Увидев как заказчик нахмурился мастер заговорил, торопясь оправдаться:

   - Когда я закончил работу, то явно увидел - чего то не хватает. У меня как раз случайно завалялись нефритовые бляшки, и они словно просились...это добавит к цене всего двадцать септимов..Зато смотрится богато.

   - В том то и дело, - хмыкнул Сарт, ощупывая чёрную ременную уздечку. К её плетёному налобнику были умело приделаны необычной формы продолговатые шоры, цвета бутылочного стекла. В них был заключён особый смысл - они полностью закрывали глаза Тенегрива, скрадывая их цвет и пылающий блеск, - Эй, уважаемый, помоги переседлать коня, - маг бросил уздечку конюху, топтавшемуся рядом от любопытства.

   Тенегрив стоял смирно и нордлинг быстро справился, привычно расправляя складки и затягивая ремни. Слышащий приблизился, придирчиво провёл руками по чепраку, украшенному под стать уздечки. Всё было пригнано ладно, держалось крепко, - маг удовлетворённо кивнул.
Шорник облегчённо перевёл дух. Он не шуточно боялся что заказчик вздумает ругаться на него за самовольство. Получив увесистый кошель септимов с доплатой он совсем повеселел. Полученной суммы ему хватит на несколько месяцев сытной жизни, и даже перепадёт угощать раз в неделю вином нравящуюся стряпуху из "Очага и свечи."

   - Это тебе, спасибо за помощь, - Слышащий махнул конюху  на старую сбрую Тенегрива и уселся в седло, - Мои благодарности за работу, мастер! - кивнул шорнику и уехал, оставив только следы подков на размокшей дороге.

   Осматривая не новую, но хорошей выделки упряжь, доставшуюся на дармовщину, конюх разглядел на чепраке еле видный след пятерни, оставленный тёмной краской, но благоразумно ни с кем этим не поделился.

   Заночевав по дороге на постоялом дворе Сартайдес успешно добрался ко второй точке своей поездки, и оставив Тенегрива по близости  ступил за ворота города.
   Когда то ему пришлось обитать  рядом с Рифтеном. Его дома блеклого, нечистого дерева, кисельный туман по утрам, вечный травянисто влажный воздух, запахи рыбьей икры, сахаристые ароматы медоварни, телесный  душок немытых вороваек , шнырявших по всюду, хрустящие запахи овощной лавки и особенно кисловатый дым кузни формировались в ассоциацию огромной рыбины.
   Это большая, с дебелым брюхом и тощим костистым хребтом, вёрткая,  серо грязно зеленоватая рыба, с выпученными на обе стороны глазами, покоилась на берегу. Вокруг росли удивительной красоты рощи, чистые, бело золотые, звенящие листвой. Но прожорливая рыба только набивала брюхо, ловя усеянной мелкими зубами пастью подлетавших комаров и мошек, и готова была в любой момент нырнуть в равнодушную холодную глубину.

   Слышащий не задерживаясь, но без лишней спешки двигался по городу. Карманники, начинавшие юлить при виде потенциальной добычи отпугивались взглядом мага, а самые навязчивые - сухим, предупреждающим  треском разрядов с его пальцев.
Некоторые ещё помнили его в лицо, но заводить на улице панибратские  разговоры  никто с данмером не пытался, не тот у него был вид.

   Спустившись по скрипучим, ходящим в пазах ступенькам к самому каналу Сарт дошёл по деревянному настилу и толкнул дверь, над которой висела блёклая от дождей вывеска "Эликсиры Элгрима".

   -....выбрала чего нибудь? -  кислолицая Хафьорг, жена алхимика, сухая и плоскогрудая, зыркнула на данмера, и сделала постную физиономию.

Напротив неё стояла девушка в дорожной одежде, перебирая разложенные на прилавке эликсиры.

   - Пожалуй вот этот, и эти два, - покупательница передвинула  переливающиеся красным склянки.

   - Возьми ещё для поддержания сил, -  добавляя материнские нотки в голос и намеренно игнорируя данмера посоветовала торговка, - В злую минуту слабость может обойтись девушке очень, очень  дорого.

   Не увидев Элгрима в помещении маг заглянул в жилую часть, отделённую перегородкой, но и там, на своём привычном месте напротив очага алхимик отсутствовал.
Разыскивать его по бестолковым закоулкам Рифтена Слышащий не собирался. Оставалось дождаться пока торговка закончит с посетительницей и расспросить её о муже. Он уселся на колченогий стул в углу и рассеянно принялся рассматривать по прежнему стоящую спиной девушку. Она была молода и неплохо сложена,  на беглый взгляд - похожа на наёмницу. Голову скрывал глубокий капюшон, из под которого выбивалась длинная прядь тёмных волос. Затянутых в перчатки пальцев было не видно, в говоре не слышалось акцента.

   Хафьорг, хорошо знавшая данмера, но за что то истово не любившая, нарочно затягивала разговор, предлагая всё более дорогие зелья, которые путешественница явно не собиралась приобретать. Предложение купить эликсир навевающий ночью сладкие грёзы оказался последней каплей. Покупательница  выложила септимы на прилавок, бросила в сумку выбранное и решительно развернулась к выходу. Свет двух свечей криво стоящих в дешёвом латунном подсвечнике скользнул по её лицу, выхватив характерный данмерам цвет глаз и жемчужно серую кожу.
Разглядеть подробней лицо незнакомки Слышащий не успел. Девушка скользнула мимо,  за хлопком двери снаружи раздался стук спешно удаляющихся каблуков.

   - День добрый, Хафьорг, - вежливо обратился Сартайдесь к нордке, - Мастер Элгрим давно отлучился?

   - Уж и не знаю! Но если ваши тёмные дела сделают меня вдовой, то клянусь всеми святилищами Талоса, я отправлюсь жаловаться до самого Дворца Королей! - оскалившись завелась женщина.

   - Что  произошло?, - не поддаваясь раздражённому тону лавочницы  спокойно спросил данмер.

   - Он сказал что пойдёт к Балимунду, кователю, за какой то дрянью для тебя, и не вернулся, и было это два дня назад! - Хафьорг всхлипнула, переходя от раздражения к плаксивости.

   - А в кузне...

   - За дуру меня считаешь? Конечно я отправилась туда тем же вечером, - на глаза торговки навернулись отчаянно злые слёзы, - Думала они засиделись, балбесы, пропустив пару бутылок мёда... Кузня закрыта! Кое кто видел как мой Элгрим заходил туда, но никто не видел как выходил, ни он, ни кузнец, ни этот шкодливый сопляк, его приёмыш, - Хафьорг достала нечистый платок и принялась вытирать сморщенное лицо.

Слышащий задумчиво потёр бровь и поднялся. Здесь больше выспрашивать было нечего.

   - Живым мне его отыщи, понял?!? - крикнула в след уходящему данмеру торговка и  оставшись одна заплакала горче и безнадёжней.

   Шагая по пружинящем под ногами доскам Сарт ломал голову кому мог понадобиться его не мудрёный заказ, да и связанно ли  вообще как то с ним исчезновение  старого алхимика. Первое что пришло ему в голову - побывать самому в кузнице, может быть найдётся какая нибудь зацепка.

   Впереди на мостках, уставившись в воду и что то бормоча сидел пьяный бородатый нищий. В руках у него был ивовый прут, который он время от времени погружал в воду а потом глубокомысленно осматривал.

   - Нет рыбки... опять нет рыбки.. рыыыбкаа... рыыбкаа иди сюдаа, - бородач снова наклонился, низко низко, словно собирался напиться из канала по собачьи, и вдруг подскачил, как ужаленный, зажал грязное лицо руками и рванулся  под ноги Слышащему.

   - Змея! Водяная змея! Она откусила мне нос, спасите, спасите!

   Инстинктивно избегая пьяницу маг резко отпрянул  в бок, и случайно ударил плечом выходящую из переулка девушку. Она стукнулась, отлетев, об один из опорных столбов, что то недобро хрустнуло, нищий, путаясь в полах своей рванины помчался дальше, продолжая голосить.

   - Ради благих предков, извините, - Сарт поспешно шагнул к девушке, - Вы не расшиблись?

Отредактировано Сартайдес (2018-04-23 00:45:22)

+1

2

Рифтен встретил Мелурию точно таким, каким она его запомнила.
    Было весьма необычно возвращаться в этот город той же дорогой, которой она некогда пришла в него впервые – вся разбитая и морально истощённая. Сейчас же данмерка ощущала себя совершенно другим человеком и, глядя на золотистую листву запавших ей в память берёз, радовалась переменам, коснувшимся её. Это место было особенным для неё, и Мелурия поняла это ещё тогда, когда собирала свои вещи, чтобы покинуть его. Кто бы мог подумать, что судьба сложится таким образом и что девушка так сильно поменяет своё отношение к этому городу? Ведь для Дозорной, которая придерживалась строгих правил в своей жизни, он должен был быть рассадником всего, с чем так усидчиво борются порядочные люди. Так она, в общем, и думала, когда с листовкой в кармане прибыла сюда впервые, но мысли были совсем другие, когда данмерка выходила за его пределы, вся воодушевлённая новыми затеями на будущее. Ещё тогда, нагрузив своего коня всеми имевшимися у неё пожитками, Мелурия понимала, что будет скучать по этому месту – самому неоднозначному и странному во всём Скайриме. И она - как выходит, - не прогадала.
    Кто знает, сколь скоро она вновь оказалась бы в Рифтене, если бы не случайная возможность подзаработать. Едва она завершила предыдущую вылазку в подземелья близ гор на юго-западе от Виндхельма, как ей под руку подвернулась следующая работа: случайно встреченные попутчики, заплатившие ей за сопровождение в Айварстед - Мелурия, помня о своём долге Дозорного, чью отзывчивость вынесла в качестве отдельного принципа, согласилась взять только половину из этой суммы, - рассказали в местной таверне о своём намерении вести раскопки в горах южнее озера Хонрик. Для девушки это было шансом осуществить сразу несколько затей, которые представились ей, как только она услышала об этом предложении. Во-первых, она сиюминутно представила золотистые рощи, всплески воды и шорохи на улицах ставшего ей почти что родным города, который, честно признаться, давно хотела повидать. Во-вторых, её денежные запасы начинали истощаться, и ей требовалось их пополнить. Данмерка умела вести скромный образ жизни, но ей бы не помешало приобрести несколько новых книг по магии, подбитый мехом плащ, которого так не хватало на высотах, куда её нередко заносило по её ремеслу, и отослать некоторое количество денег своему отцу в Морфал. В этом он, как и всегда, не нуждался, но Мелурия не хотела, чтобы он подумал, будто его дочь окончательно вдарилась в путешествия и совсем о нём позабыла, что было совсем не так. В итоге все эти рассуждения – а также обычный интерес, так как неожиданные работодатели сумели завлечь её своими планами, - привели её к тому, что девушка ответила на их предложение согласием и, особо не задерживаясь, отправилась на восток, вскоре выйдя на уже знакомую, ничуть не позабытую за всё это время дорогу.
    Впервые Мелурия увидела Рифтен, окрашенный оттенками заходящего солнца, но на этот раз на воротах города лежала печать яркого рассвета. Этот город почти никогда не засыпал целиком, но умел сохранять такую видимость, поэтому, оказавшись в непосредственной близости от него, данмерка сама будто бы притихла. Своего коня она, выделив необходимую сумму за уход, оставила в конюшне, а сама вместе со своим багажом отправилась в то место, которое было ей в этом городе ближе всего – в храм Мары. Лишним было бы сказать, что встреча с его обитателями была очень тёплой и приятной. Мелурия, тем не менее, не хотела оказаться захлёстнутой эмоциями прежде времени, так как у неё было много дел, которые она хотела сделать, поэтому долгие разговоры пришлось отложить на потом. Оставив свой багаж в подвале храма, данмерка набросила на голову капюшон, прикрепила к поясу свой слегка изогнутый меч и маленькую сумку, закинула на спину щит и отправилась на улицы города, крепко сжимая свой кошель в руке – но, зная Рифтен, можно было предположить, что и оттуда его смогут выцепить, если попадётся особо ушлый воришка. Возможно, именно поэтому Мелурия и не носила при себе все свои деньги, а отсчитывала именно ту сумму, которую рассчитывала потратить, хотя даже в целом объём её сбережений был невелик. Но делиться с местными щипачами она всё равно не собиралась.
    Первым делом она отправилась к кузнецу, захотев доверить ему обработку своего щита. В одном из подземелий сработала ловушка, и Мелурия едва успела прикрыться им, что оставило на деревянной основе зарубку. Данмерка беспокоилась, как бы она при следующем сражении не повредила щит до такой степени, что им потом нельзя было бы пользоваться, поэтому решила отнести его на починку. С местным кузнецом, Балимундом, ей договориться не удалось попросту потому, что кузня оказалась закрыта. Мелурия оставила щит вместе с остальным багажом, собираясь заглянуть в кузницу попозже, и продолжила своё кочевание по городу. Отбиваясь от всевозможных предложений на рынке и едва не подписавшись на несколько совершенно ненужных покупок, данмерка зашла в таверну, чтобы разведать свежие новости, но поняла, что сделала это в неподходящий час, и потому вернулась туда уже ближе к вечеру. За разговорами она провела несколько часов, а напоследок купила бутылку мёда и решила провести остаток ночи где-нибудь подальше от городского шума – всё же после продолжительных путешествий ей было сложно привыкнуть к большим компаниям, которые неизбежно складывались в таких уютных тавернах. Поэтому, взяв свою бутылку, Мелурия отправилась к озеру, где, пройдясь немного, обнаружила на берегу чью-то лодку. Не имея почти никаких представлений о настоящей рыбалке, данмерка решила, что эта посудина слишком стара и вряд ли используется для плаваний по озеру, поэтому собралась занять её на часик-другой. Всё, что ей нужно было, это побыть наедине с собой и полюбоваться небом над головой. Но глоток за глотком…один за другим, и Мелурия не заметила, как заснула. Похоже, она и не подозревала, насколько сильно устала за прошедший месяц скитаний.
    Наутро девушку разбудил чей-то недовольный, ворчливый тон. Осознав, что на самом деле произошло, данмерка вся покраснела и, схватив недопитую бутылку, пустилась прочь, подальше от владельца лодки. Всё это произошло настолько быстро, что она толком и не сообразила, что надо было извиниться и как-то разъяснить ситуацию, но вряд ли это что-нибудь изменило бы. Благо, одежда, на которую она не поскупилась – в качестве исключения, конечно же – некоторое время назад, всё же намекнула на то, что она не обычная воришка или разбойница. Наверное, только это и уберегло её от дальнейших проблем, а то сам лишь факт, что она была данмеркой, мог повернуть ситуацию в совсем другое русло. Её сородичей и здесь хватало, но норды, даже несмотря на свою развязность во взглядах, особенно характерную для Рифтена, всё равно посматривали на них как-то косо. Это убедило Мелурию и дальше не снимать капюшона, к тому же, ей всё ещё было малость стыдно за утренний инцидент. В любом случае, в дальнейшем она вела себя уже не так уверенно, как сразу по приезду, и твёрдо убедила себя, что больше отвлекаться от дела не станет.
    Основной причиной, по которой она в самом начале прибыла в Рифтен, заключалась в подготовке к предстоящему заданию. Девушка понятия не имела, с чем конкретно может столкнуться в предстоящей экспедиции, но приблизительно понимала, что без эликсиров ей не обойтись. Именно поэтому во второй половине дня она отправилась в «Эликсиры Элгрима». Ей уже доводилось бывать здесь когда-то, поэтому данмерка хорошо знала дорогу и верно выбрала направление. Блуждать по водному каналу никому особо не хотелось, а Мелурию отталкивала и ещё близость к Крысиной норе. Однозначно, это место было не предназначено для прогулок, особенно для таких людей, как она – не имеющих ничего общего с криминалом, а потому мало подготовленных к встрече с ним. Разве что выручал жизненный опыт и прожитое в Рифтене время, когда, хотя нехотя, а приходилось как-то обучаться жить в таких странных условиях.
    Едва лишь зайдя в алхимическую лавку, Мелурия сразу же стала объектом пристального внимания жены владельца этого заведения. Похоже, она не имела ничего против происхождения покупательницы или же у неё была одинаковая реакция на самых разных клиентов, но данмерка не почувствовала себя ущемлённой. Даже напротив – ей показалось, что здесь ей попытаются продать ещё больше – и подороже – товара, чем на рынке. Хафьорг, эта малоприятная с виду женщина, но имеющая столь типичный и весьма знакомый для данмерки склад характера, выслушала её просьбу и разложила на прилавке все те зелья, которые могли бы пригодиться девушке. Как и водится, Мелурия исходила не только из своих нужд, но и из возможностей. Купить слишком много зелий означало не купить чего-то ещё, например, хорошую новую флягу или дополнительного пропитания в путь. Ей, быть может, и хотелось бы почувствовать себя увереннее, купив чуть больше зелий и не ограничиваться сугубо теми, без которых она не могла обойтись в принципе, но приходилось себя урезонивать. Делала она это не слишком быстро – зачастую, выбирая что-то для путешествий, она могла впасть в избирательность как молодые солитьюдские девушки - в магазине элитных одежд.
    - Пожалуй, вот этот, и эти два. – Мелурия мягко отодвинула в сторону нужные ей зелья.
    Кажется, в это же время кто-то зашёл в лавку, но данмерка не стала поворачиваться и смотреть на свежего посетителя. Во-первых, это ничего бы ей не дало – если бы дело было в каких-нибудь грабителях, она бы поняла это по выражению лица Хафьорг, которое не изменилось в текущем времени. Во-вторых, это бы было просто невежливо.
    - Возьми ещё для поддержания сил, -  хотела убедить её женщина, сделавшись чуть мягче. Видимо, она была не такой уж и плохой торговкой, потому что иной раз смогла бы добиться своего. - В злую минуту слабость может обойтись девушке очень, очень дорого.
    «Не только девушке,» подумалось данмерке, но она поняла, что хотела сказать торговка. По сравнению с теми опасностями, которые могли встретиться ей в ходе разных путешествий и вылазок, она была не самым устрашающим противником, и любой наёмник-норд или просто наёмник-мужчина смог бы продержаться дольше просто ввиду своих физических особенностей. Поэтому совет женщины имел смысл, и если бы у Мелурии были лишние деньги, она бы обязательно приобрела бы эти зелья, но не в этот раз. Когда же Хафьорг завела речь о тех эликсирах, которые в её задании никак не могли пригодиться, данмерка решила, что ей пора уходить.
    - Боюсь, в пути сладкие грёзы могут обернуться для меня той самой опасностью, о которой Вы говорили, - вежливо отказалась девушка, засовывая зелья в сумку, держащуюся на поясе. – А в городе я мгновенно засыпаю и без помощи всяких зелий.
    Она улыбнулась торговке и попрощалась, после чего развернулась в сторону выхода. Проходя эти несколько шагов, она мазнула взглядом по новому посетителю – скорее, просто из привычки всегда подмечать какие-то детали в своём окружении. Это был данмер и, пожалуй, на этом наблюдения девушки и закончились. В Рифтене было много проезжих, и вероятность, что они когда-либо встретятся вновь, учитывая, что Мелурия не собиралась оставаться в городе дольше завтрашнего, была крайне мала. Мужчина, к слову, тоже выглядел не как местный, поэтому её мысли на этот счёт лишь укрепились.
    Следующим делом данмерка собралась наведаться в конюшню, чтобы убедиться, что её конь готов к путешествию, но замешкалась, глядя на городскую стражу, которая как раз зажимала возле ограждения какого-то горожанина. Это никак её не касалось, но почему-то привлекло внимание девушки, правда, не настолько сильно, чтобы отправиться к ним. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы не успеть среагировать в нужное время, что обернулось для Мелурии столкновением на выходе из переулка. То ли она слишком сильно задумалась, то ли в целом стала слишком невнимательной, но удар пришёлся достаточно сильным, так что она впечаталась в столб. Хаотичность ситуации подкрепили ещё возгласы попрошайки, который пробежал мимо них – Мелурия не сразу разобрала, что он не оказался впутан в эту ситуацию.
    Почти сразу, промасировав ушибленную руку, девушка встретилась взглядом с данмером, попавшимся на её пути вот уже вторично за этот день – она сразу его узнала, пусть раньше и не вглядывалась в него слишком пристально.
- Извините, - стало её ответной реакцией.
    Для Мелурии было привычным извиняться в любых конфликтных ситуациях, в которых она была замешана, даже если она и не являлась зачинщицей. В данном случае было сложно сказать, кто ошибся – она или данмер, так что, можно было посчитать, что оба они проявили одинаковую нерасторопность. Но мгновением спустя ей показалось, что нужно было ответить немногим иначе, ведь данмер уже «увёл» извинение первым.
    - Всё в порядке, - заверила его девушка, слегка улыбнувшись – больше вежливо, чем задорно. Она бы ответила так, даже если бы это было неправдой. – Не стоит беспокоиться. А Вы… - Она снова скользнула по нему взглядом. – Надеюсь, ничего не разбили?
    Данмерка уже представляла, к чему был этот хруст, который она расслышала в момент столкновения - склянки в сумке на тот момент оказались как раз между ней и столбом. «Ну вот, - с досадой подумала она, - не успела ещё за ворота выехать, как уже умудрилась всё испортить». Без зелий, как и убеждала её торговка, ей будет очень сложно, поэтому Мелурия уже начала обдумывать, что она может не купить и без чего обойтись, чтобы с налётом лёгкого смущения вновь прийти в алхимическую лавку и таки докупить недостающих зелий. Но это не означало, что она спросила об этом данмера с целью обратить внимание на свои проблемы. Ей просто действительно не хотелось, чтобы в ходе этого небольшого инцидента он тоже понёс какие-либо убытки.
    - Я видела Вас у алхимика, - добавила она, поясняя, чем мотивирован её предыдущий вопрос.
    Задав его, Мелурия резко замолчала, осознав, что её могли не так понять. Вместо продолжения, она мотнула головой в сторону своей сумки, чтобы понять, насколько всё плохо. Зелья ещё не успели вытечь наружу, но девушка уже представляла, какой хаос будет в сумке, когда она туда заглянет. Тем не менее, ей не хотелось акцентировать на этом внимание незнакомца, поэтому она, будто невзначай, отодвинула сумку чуть назад и взглянула ему в лицо, ожидая ответа.
[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

При себе

Одежда, скромная сумка на поясе, меч (акавирская катана), на голове капюшон.

Отредактировано Мелурия (2017-10-17 00:44:24)

+1

3

Собираясь помочь подняться случайной жертве уличных обстоятельств Слышащий протянул руку, но оборвал свой жест, наткнувшись на вежливо отстранённый вид Мелурии. Девичье лицо не закривилось гримасой боли, с губ не сорвалось упрёков и ругани, которую менее сдержанная особа вполне могла бы обрушить на голову неловко подвернувшегося незнакомца.

   - Всё верно, мы с вами виделись в "Эликсирах Элгрима.", буквально  минут двадцать назад. Ничего я не разбил, - ответил  Слышащий, - У меня, если честно, и биться  совершенно нечему, налегке передвигаюсь по городу, - данмер развёл руки, демонстрируя что не имеет при себе ни сумки, ни какой другой ручной клади.

   - А вот у вас, мне кажется, случились некоторые потери. Если конечно услышанный мной звук не был вашими  хрустнувшими позвонками. Может быть всё таки загляним, не растекается ли у вас стеклянное крошево вперемежку с продуктами ?

   Говоря это Сарт кивнул на сумку, которую девушка незаметным жестом попыталась переместить подальше от его видимости. Он не пытался в неё вглядываться, что бы не показаться слишком навязчивым, а вот обращённое к нему миловидное лицо данмерки нейтрально вежливым взглядом оценил.
Казалось бы, чего проще - извинился и шёл бы дальше своей дорогой, но Слышащий, пытался разговорить девушку. Двигало им сейчас не  желание завернуть мимолётную интрижку, с простыми удовольствиями, он действительно чувствовал себя  виноватым в инциденте. Вторым моментом являлось то, что участь данмеров в холодном Скайриме по прежнему оставляла желать лучшего, и Сартайдес, встречая других "серых", всегда старался завязать и  укрепить с ними знакомства. Что бы иметь, при случае, возможность повлиять или помочь соотечественникам.

   - На улице это не особо сподручно, доберёмся туда, где есть стол, и подобие крепкого чая? Как  на ваш взгляд? - оглянувшись Слышащий указал рукой на первый попавшийся общественный дом,  с вывеской и деловито клубящимся из трубы тёмно сизом дыме, явно пыхающем от какого нибудь очага уставленного котелками с бараньей похлёбкой и вертелами истекающими  жиром с кабаньих окороков.

+1

4

Бывало, что совершенно обыденные ситуации заставляли Мелурию застопориться, так что она терялась, по сути, в совсем уж обычных действиях. Но так уж сложилась жизнь данмерки, что общество разных существ воспринималось ею как нечто более привычное, чем окружающих людей. Нет, едва ли из-за таких нюансов девушку можно было посчитать нелюдимой, но она бы предпочла сразиться с вампиром в какой-нибудь заснеженной пещере, чем столкнуться с незнакомцем и разбить в результате этого столкновения несколько очень важных для себя склянок, но что даже существеннее того — доставить этому самому незнакомцу неудобства. Мелурия, честно сказать, была готова к любому исходу — всё же, живущие в Северной провинции люди весьма горячи на темперамент и им свойственно время от времени устроить скандал по поводу самых незначительных мелочей, - но ей всё же хотелось бы сгладить углы ещё до того, как начнётся выяснение отношений. Поэтому она была очень благодарна тому стечению обстоятельств, которое свело в столкновении, как оказалось, двух совершенно неконфликтных данмеров — по крайней мере, так Мелурии показалось на первый взгляд, потому как незнакомец не причитал и не подавал виду на то, что его как-либо задел этот маленький инцидент. Надо же! Он даже предложил ей руку помощи, которую девушка из-за нахлынувшей на неё растерянности пропустила мимо внимания.
    - Я рада, что у Вас всё обошлось, - без притворства ответила данмерка.
   Было несколько причин тому, чтобы порадоваться. Во-первых, она услышала весьма вежливый ответ, а  получить таковой для данмера да ещё и в такой ситуации является редкостью. Во-вторых, ей бы стало совсем не по себе, если бы оказалось, что в результате их коллизии незнакомец тоже лишился части своих покупок. В-третьих, если бы предыдущий пункт отвечал бы иным условиям — то есть, если бы Мелурия действительно повредила чьё-то имущество, - она бы непременно откупила бы его стоимость, а это ударило бы по её карману. Лишние расходы сейчас были бы очень некстати, поэтому было в самую пору отметить, насколько успешно всё в самом деле сложилось для Дозорной. Правда, мгновение спустя это впечатление было слегка смазано наблюдательностью данмера и его нежеланием прикрывать глаза на тот факт, что в сумке Мелурии всё же случился некоторый переполох.
    - Уверяю Вас, это не стоит столь пристального внимания, - попыталась отмахнуться она, а зелья, тем временем, уже пропитали ткань сумки — данмерка почувствовала это ладонью.
    Даже учитывая то, что она не могла сорить деньгами направо и налево, как некоторые состоятельные люди, Мелурия, тем не менее, не была настроена на то, чтобы вытряхивать их из окружающих людей при первом удобном случае. Если бы она была менее устойчивой в своих взглядах, то сейчас смогла бы извлечь из сложившейся ситуации даже некоторую пользу для себя — видно ведь было, что повстречавшийся ей данмер был личностью весьма обязательной, поэтому, проявив определённую долю хитрости, девушка в итоге всего сумела бы получить за разбитые зелья либо лишний септим, либо дополнительные снадобья, лихо соврав про их точное количество. Но был один нюанс — Мелурия никогда бы так не поступила, и сейчас она не была намерена менять своего отношения к подобным моментам. По большому счёту ей бы стоило придумать, как открутиться от дальнейшей беседы и сбежать, пока ситуация не превратилась в нечто ещё более неловкое, но проявленная незнакомцем вежливость подтолкнула её к тому, чтобы задержаться. На её взгляд, она — вежливость — была одной из ценностей, которые никак нельзя оставлять без внимания, ведь люди и без того, не получая взамен того хорошего, что они отдавали другим, попросту переставали так делать. Мелурия же пыталась пробуждать во встречных людях то, что считала необходимым для хорошей жизни — это стремление в наибольшей мере проявилось в ней после того, как она прожила определённое количество времени со жрецами Мары, и до сих пор оно было при ней. А это означало, что она не могла  - и, надо сказать, не хотела — отнекиваться от предложения данмера.
    - Раз уж так, то давайте сходим туда, - с улыбкой произнесла она.
    Это заведение было ей хорошо знакомым, тем более что оно было вполне вместительным и пользовалось недурной славой. В городе, где на каждом углу происходили какие-то мелкие и не очень преступления, эта таверна воспринималась как один из оплотов «спокойствия» — по крайней мере, Мелурия знала, чего можно ожидать от её посещения. Поэтому она, не запинаясь, как это обычно бывало в моменты волнения, отправилась в нужную сторону. На этот раз, проходя мимо данмера, обошлось без столкновений — всё же идти в одном направлении было куда проще… и целесообразнее.
    В это время суток число посетителей было значительно больше, чем в более ранние часы, но свободные места всё же были, и данмерке не понадобилось много времени, чтобы его высмотреть. Ей нравились укромные места, своего рода укрытия, в которых можно было отгородиться от всего остального пространства. Руководимая этой мыслью, она откинула назад капюшон своей верхней одежды и выбрала столик в самом дальнем углу, но поблизости от стойки. Мелурия указала на него взглядом, и они отправились туда. По пути данмерка уловила приятные, не слишком навязчивые звуки флейты — порой здешние барды играли настолько душевно, что это прибавляло этому заведению особого обаяния. В любом случае, девушке такая спокойная, завораживающая мелодия была больше по душе, чем выкрикивание песен на тему Братьев Бури или Легиона. Она, по сути, пока что не хотела ничего о них слышать — уж слишком мало времени прошло со времён гражданской войны. К тому же, под звуки такой музыки можно было спокойно поговорить без необходимости надрывать голос и напрягать слух, чтобы расслышать собеседника.
    - Здесь достаточно уютно, - успела сказать она, прежде чем проходившая мимо девушка с двумя пустыми кружками на подносе не спросила, каковы будут их пожелания.
    Мелурия всё с той же скромной улыбкой взглянула на своего спутника, дожидаясь его ответа. Несмотря на то, что заказанный им зелёный чай выходил за рамки предпочтений данмерки, она всё же кивнула в ответ на устремлённый к ней взгляд девушки и заказала тот же напиток. Наверное, после такой небольшой встряски ей бы больше пригодился черновересковый мёд, но Мелурия не хотела напиваться или переставлять акценты — всё же, она пришла сюда в первую очередь, чтобы поговорить. Что-то ещё изначально подсказывало ей, что простым обсуждением того инцидента не обойдётся. Если же прислушаться к себе, то можно было понять, что данмерка просто ухватилась за возможность пообщаться со своим сородичем. Всю свою жизнь она мнила себя нордкой и намеренно избегала встреч с тёмными эльфами, стараясь не объяснять себе такого поведения, но вместе с тем прекрасно сознавала причины этому. Она попросту боялась, что может увидеть что-то общее между собой и тем народом, к которому она внешне принадлежала. Зачастую ей удавалось не ввязываться в тесные отношения с другими данмерами, да и в поверхностные тоже, но этот незнакомец располагал к себе, и поэтому девушка не отказала себе в возможности немного пообщаться с ним.
    - К слову… - начала она, обведя взглядом таверну и вычисляя, не подойдёт ли к ним прямо сейчас подавальщица, а затем вернулась им к данмеру, - меня зовут Мелурией.
    Было бы странно, если бы она медлила со знакомством, так как теперь они находились уже не на улице и без имён было бы сложно обойтись. Это был, пожалуй, тот очень редкий раз, когда девушка практически без промедления назвала своё настоящее имя, которое она часто определяла в своих мыслях как данмерское. Её отец, найдя её в трясинах Хьялмарка, назвал её так, чтобы потом у девочки был выбор, ведь впоследствии, когда она выросла, то всегда называла себя Лурой, и люди, когда слышали это, не сразу начинали ассоциировать её с тёмными эльфами, и Мелурия представала их глазам данмеркой, да, но прожившей всю жизнь в Скайриме и потому имеющая право иметь нордское отношение к окружающим её вещам. Это сокращённое имя было своего рода прикрытием, щитом, которым девушка орудовала вовсе не против врагов, а против того, что пугало её в обычной жизни, например, возможности быть не принятой обществом, которое она считала «своим», так как другого у неё никогда не было и возникнуть не могло. Но на данный момент Мелурии по какой-то причине захотелось назвать именно своё полное имя. Вполне вероятно, что на это повлиял сидящий напротив неё данмер — она хоть и не стремилась к обществу и культуре тёмных эльфов, даже напротив, но испытывала некое подобие стыда, когда сталкивалась с «настоящими» представителями этой расы, скорее всего потому, что она, будучи рождённой данмеркой, была очень далека от понимания этого народа. Но и притворяться девушка была не намерена.
    - Я родом из Морфала, - ненавязчиво подчеркнула она, - а здесь проездом. Собиралась отнести щит на починку к местному кузнецу, но его не оказалось на месте, так что, по-видимому, придётся отложить это на другой раз. - Мелурия взглянула на данмера. - А Вы? Что привело Вас сюда?
    Про щит она упомянула, чтобы отвлечь внимание собеседника от зелий. Судя по тому, что она успела нащупать, все склянки, кроме одной, разбились. Потери были не сказать, что велики, но досадные, тем не менее, хорошая беседа могла разгладить эти впечатления. Зелья можно заменить, а сумку — выстирать ночью и просушить, прежде чем отправиться в путь. Сейчас стоило бы собрать то, что от них осталось, и привести в порядок остальные вещи, но делать это нужно было наедине, а Мелурия предпочла дождаться чая, оставшись на своём месте. В жизни нужно уметь правильно расставлять приоритеты, отличать мелочи от действительно важных вещей. И сейчас чай и беседа были для Дозорной предпочтительнее, чем ревизия в сумке, закреплённой на поясе, которая могла подождать до ночи.
[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2017-09-16 23:08:32)

+1

5

"Морфал Морфал... Какой даэдра мог исковеркать судьбу эльфийки, что бы её родителей занесло в такую глухомань, где на единой улице три дома, а вокруг километрами стелится нежилое комариное болото? Ни одного данмера я там и краем глаза не видел. Нечисто что то, dzeiwy, с твоей названной родиной, или семейка у тебя какая нибудь..очень с причудами", -  думал Слышащий  ненавязчиво рассматривая собеседницу.

    Если она и была полукровкой, плодом мимолётной любви оседлой нордки и какого нибудь бродяги эльфа с хорошо подмазанным языком, то черты лица её вышли более чем удачно. После того как девушка назвалась всего лишь одним именем, Сарт укрепился в мысли, что перед ним шикарный итог расового филогенеза. Данмеры при встречах с сородичами обычно именовались всем, что могли приписать к своей личине. Именем, фамилией, подданством одного из Домов, нередко добавлялись имена- фамилии- прозвища предков, особенно знатных. Даже мер который натирает грязной тряпкой столы в виндхельмском кабаке знакомясь гордо отрекомендуется что нибудь вроде: Лапартур Вульвур, из славного Дома Теллвани, наследник Лорда Высокого Советника Меглюмина Акридона, - если конечно имеет на это право.
Случайная знакомая назвалась удивительно скупо.
Возможно у девицы кроваво грязное прошлое. Опасное, как гремучая змея. Или постыдное, гадкое, скверное, как септимы рассыпавшиеся в отхожем месте дешёвого вертепа. Что данмерка  намеренно плетёт басни о своём имени и месте рождения было бы вполне понятной жизненной ситуацией, но упрямо не вязалось с производимом ею впечатлением.

   "Птичка бессеребренница, или виртуозно маскирующаяся дрянь", - вынес из своих первых ощущений Сарт. Решив не менять дружелюбной манеры поведения пока изо рта новой знакомой не мелькнёт  ядовитое жало он, что бы не смущать её, назвался в той же краткой манере:

   - Меня зовут Сартайдес, я родился на Солстхейме. Приятно познакомиться, Мелурия, пусть Предки будут к вам благосклонны.

   Рыжеватая веснушчатая служанка принесла заказанный данмерами чай и склонившись с манящей улыбкой воркующим шёпотом предложила "добавить  в заварку корешков". От чего Слышащий, не желавший ощутить эффекты местной подпольной наркоты сразу отказался за обоих.
Подавальщица разочарованно скуксилась и отчалила помахивая подносом.

   Медленно прихлёбывая чай маг обвёл глазами трактир, привычно выглядывая подозрительных личностей. На фоне усердно жующих и болтающих посетителей выделялась разве что троица побродяжек более разбойного вида чем остальные. Они то заговорщицки шушукались, сдвинув гривастые головы, то разражались громким смехом и азартно чокались пудовыми кружками. Когда Сарт с Мелурией проходили через зал эта компания глазела на них усердней остальных. Хотя точно такими же сальными взглядами они провожали и другие разнополые пары являющиеся на пороге трактира. В конце концов это же был Рифтан, здесь тихо выпивающий в своём углу ветеран мог оказаться известным взломщиком, а хвастливый усатый наёмник - жалкой шестёркой на побегушках Гильдии Воров.

   - Это может показаться странным, но у меня так же было дело в кузнице, - начал отвечать на вопрос данмерки Слышащий, выбирая в голове части правды, которую он мог озвучить случайной знакомой, - Я помогаю в делах одному из смотрителей рудной шахты в Пределе, и по его поручению должен был забрать у Балимунда образец слитка, из руды которую ему пересылали раньше. Я приехал в оговоренный срок, и это уже не первая наша подобная сделка, как и вы, не застав его, я был достаточно удивлён. Кузнец лишится весомого кошеля септимов, обещанного за работу, я - провалю выданное поручение... Что кажется мне более худшим, дело возможно не ограничится материальными потерями. Кователь был человек ответственный. Скорее всего с ним приключилось что то недоброе. С ним, и его давним товарищем, алхимиком Элгримом, - Сарт отставил опустевшую чашку и пояснил данмерке, - Он ушёл из дома пару дней назад, как раз в кузницу, и с тех пор не возвращался. Мне поведала об этом его жена. Она достаточно желчная особа, но к фантазиям её мозговая оснастка не располагает, и мужа она любит крепче собственных застиранных юбок.

   - Мне кажется надо наведаться в кузню. Не могли же двое взрослых мужчин взять и испариться из дома бесследно? Тем более там  обретался и подросток- пасынок Балимунда, уверен, его так же никто не видел эти дни. Я бы предложил обратиться к кому нибудь из местных стражей, рассказать о пропаже, попросить вскрыть жилище, на предмет осмотра. Естественно в присутствии стражника, предусмотрительно удобренного парой монет. Что бы нас не вздумали потом объявить грабителями, или того хуже - убийцами. Как вам моя идея?, - Сарт выжидающе прямо посмотрел в глаза данмерки, - Только первым делом вы всё таки вытряхните битое стекло из вашей сумки.

   Слышащему проще было бы заняться делом одному. Он бы дождался ночной поры, пробрался  в кузню, замок на которой не представлял из себя ничего серьёзного. Или перекинулся бы с кем то из воровской братии, и ему бы открыли с удобством, а заодно увели во время ночной патруль   по другой улице. Но ему не хотелось светить перед девушкой своими сомнительными навыками и нечистыми знакомыми. Распрощаться с ней после мимолётного разговора - так же не хотелось.

   - Во первых вы стали бы свидетельницей тому, что мы обнаружим внутри, - стал перечеслять убеждающие доводы маг, - А во вторых, в случае какого нибудь срыва могли бы помочь мне выпутаться живым из ситуации, вам ведь привычно обращаться с оружием?

   Сарт завуалировал грубоватое определение " наёмница". Хотя именно в этой роли Мелурия его не интересовала, но кто знает, может и примет его по виду за обеспеченного скупщика, опасающегося за свою голову.

Отредактировано Сартайдес (2017-09-29 00:48:14)

+1

6

«Предки». Мелурия мысленно повторила это слово ещё раз - оно навязчиво не хотело покидать её мысли и быстро перетянуло на себя внимание с действительно важных вещей. Это ведь был всего лишь… оборот речи. Считай, обыкновенная вежливость. Но данмерка не была бы собой, не задумайся она об этом больше, чем было уместным в данной ситуации, когда и без этого было о чём поразмыслить. Где то сейчас её предки? Мелурии хотелось верить, что в Совнгарде, как и подобает  достойным нордам, но хватало обратить взгляд на свои ладони, спокойно взгромождённые на поверхность стола, чтобы вспомнить о том, что это вряд ли возможно. Это, в свою очередь, приводило её к уже привычным отсылкам к себе самой. «Ты не принадлежишь этому месту,» вновь заявил   о своём присутствии тот едва слышный, но плавный и уверенный в себе внутренний голос. Мелурия не хотела с ним соглашаться и всегда отнекивалась от этой простой истины. Но стоило ей на миг утратить внутреннее равновесие, как он неизменно возвращался и допытывался до неё вновь, будто жаждал услышать подтверждение этим словам. Сейчас выбивающим её из колеи элементом  послужил мужчина, с которым она вела разговор. При нём девушка почему-то не ощущала себя ни настоящей нордкой, ни настоящей данмеркой, и это заставляло её в определённой степени нервничать. При этом Мелурия хорошо понимала, что это - её внутренние распри, и ей не хотелось, чтобы это выходило наружу и как-то влияло на то, что окружало её.
   - Приятно познакомиться, Сартайдес.
   Она повторила имя нового знакомого не столько потому, что придерживалась строгого официоза, а чтобы запомнить правильное произношение - если бы она принялась выговаривать его неправильно с самого начала, это было бы видно, а так был шанс сразу же проследить реакцию собеседника и в будущем не ошибиться. У Мелурии, привыкшей к весьма частой критике со стороны окружающих - зачастую даже необоснованной, - выработался некий страх перед оплошностями, поэтому она искала способы избегать их. Иногда это доходило до абсурда, но мало что могло изменить натуру перестраховщика в данмерке.
   - Мне доводилось слышать о Солстхейме, - продолжила она, - но не бывать там.
   Не сказано, что ей вообще когда-либо хотелось посетить его. Пепел, пустыри и множество данмеров - так представлялось Мелурии это место. По вполне понятным причинам она ассоциировала остров с Вороньей Скалой, который представлял лишь его небольшую часть, но, как известно, человек заостряет своё внимание на том, что беспокоит его больше всего. Благодаря некоторым беседам и ситуациям из прошлого, Солстхейм закрепился в уме девушки как возможность узнать побольше о своём народе и, быть может, даже вклиниться при должном старании в ряды своих сородичей. Ни то, ни другое не прельщало девушку - она твёрдо стояла на своём убеждении, что её место - в Скайриме. Но было и нечто положительное в том, что её собеседник был не из здешних краёв. Это делало его в некоем смысле особенным, обособленным от остальных данмеров, которые встречались Мелурии, а потому - любопытным для неё. Только неизвестно, не скривится ли он внутренне от того, что представляла собой сама девушка, учитывая, что он - по мнению Мелурии - был оттуда, где люди и, в частности, данмеры были теми, кем казались со стороны.
   Впрочем, это не помешало мужчине продолжить разговор. Данмерка внимательно прислушивалась к тому, что он говорил. Ничего странного в том, что у них обоих - двух заезжих в город персон — нашлось дело к кузнецу, ведь он - один из тех людей, чьи услуги востребованы среди путешественников, но история Сартайдеса оказалась более запутанной, чем у Мелурии, которая всего-навсего намеревалась обратиться к кузнецу, чтобы починить свой щит. Мысленно она отмечала маленькие детали из его рассказа, делая своеобразные «якорьки», помогавшие ей лучше разобраться в ситуации. От Рифтена до Предела путь не близкий, поэтому данмерка прекрасно понимала нежелание мужчины отправляться обратно с пустыми руками, но куда важнее для неё стало то, что было сказано в самом конце.
   - Элгрим не появлялся несколько дней? - заметно сбавив громкость своего голоса и заговорив почти что полушёпотом, переспросила Мелурия.
   Пальцы, обхватывающие чашку с чаем, напряглись, будто держали рукоять меча, и данмерка опустила её на стол. Тут уже было не до личного стеснения. Едва только разговор зашёл о других людях, которые, возможно, оказались замешаны в какой-то мрачной истории, Дозорная полностью переключилась на эту ситуацию, отодвинув на задний план всё, что она испытывала по поводу встречи с, условно говоря, сородичем.
   - Я знакома с его женой, - сказала Мелурия, наклонившись чуть поближе к собеседнику. Пар, исходящий от чая, обдавал её лицо жаром, но девушке нужно было чем-то занять руки и направить куда-то напряжение, поэтому она не стала отставлять её. - Она действительно обладает не самым лёгким типом характера, но я могу подтвердить — своего мужа она действительно любит.
   Не то чтобы данмерка когда-либо говорила с этой женщиной по душам, но искренние эмоции всегда видны - их легко считать по каким-то невольно брошенным словам, а ещё проще распознать в делах. То, как вела себя Хафьорг, действительно указывало на всё то, что подметил в ней Сартайдес. У Мелурии не было особых причин заподозрить нового знакомого в каких-то домыслах - он не был похож на людей, склонных превращать разного рода мелочи в едва ли не целые приключения. Дозорная старалась не ставить под сомнение слова всех и каждого, так что в её глазах сидящий напротив данмер действительно был деловым человеком, а таким вымышлять и приукрашивать что-то нет никакого резона. Получается, они имело дело с чем-то таким, о чём Мелурия даже не задумалась бы, когда она относила на починку щит и ей сказали, что кузнеца пока что нет на своём привычном месте. Это очень многое меняло - вплоть до планов данмерки на её ближайшее будущее.
   - Вы правы. Двое, а то и больше, человек не могут просто так взять и исчезнуть, - ответила Дозорная. - Но если это дело нескольких дней, то ситуация может быть серьёзнее, чем кажется на первый взгляд, и в таком случае было бы целесообразным обратиться к управителю ярла и уведомить его об этом. Балимунд и Элгрим — не последние люди в этом городе.
   Мелурия подняла взгляд, ненароком ускользнувший вниз на столешницу, и посмотрела в глаза собеседнику. «Или не очень,» она тут же подхватила и опровергла своё собственное предложение. Рифтенское управление - чего уж там прикрываться желаемым, - погрязло в беззаконии. Один лишь тот факт, что они позволяют Гильдии воров фактически безнаказанно «править» городом, полностью дискредитировало и ярла, и его ближайших подданных в глазах девушки. Мало ли эти двое мужчин, а также воспитанник кузнеца исчезли не без участия той самой компании воров? Тогда обращаться к местной власти нет никакого смысла, и то, что она назвала наиболее целесообразным, стало бы действием не более разумным, чем попытка набрать воды чашкой без дна.
   - Но сперва, возможно, нам и вправду стоит попытаться разведать что-то самим.
   По поводу помощника смотрителя из Предела она была не уверенна, но самой ей не раз приходилось разыскивать следы тех, кто сам по себе очень склонен прятаться. Вампиры и даэдрапоклонники чрезвычайно редко громко заявляют о себе. Но из своего опыта Мелурия так же знала, что лучше всего такие задачи решать в компании кого-то ещё. Как говорится, одна голова - хорошо, а две - это не просто лучше - это аж целых две пары глаз, каждая из которых наделена разным уровнем наблюдательности, и два мозга, опять же — каждый из которых мыслит по-своему. То, что один может запросто пропустить мимо своего внимания, другой может заприметить ещё с первого взгляда, брошенного через порог. А так как Мелурия после всего услышанного даже не думала о том, чтобы пустить всё на самотёк, то предложение содействовать приняла с открытой охотливостью.
   Выдержав взгляд данмера, она одобрительно кивнула, после чего была вынуждена разомкнуть пальцы и отодвинуться чуть назад.
   - Хорошо, - согласилась она и подвинула пояс таким образом, чтобы сумка оказалась у неё в руках.
Разбитые склянки данмерка доставала, почти что не отдавая себе отчёта, в том, что она делает. Аккуратно доставая осколки, она складывала их перед собой на столе, а её мысли тем временем крутились вокруг закрытой кузницы и людей, исчезнувших пару дней назад. Мелурия перебирала в уме всякие версии и причины их исчезновения, но не могла придумать ничего, что успокоило бы её. Достав последний фрагмент разбитого зелья, она была твёрдо убеждена в том, что ей больше не хочется засиживаться в этом месте, ведь это время можно было пустить на поиски.
   - Привычно, - в очередной раз подтвердила Мелурия, отодвигая пояс с сумкой назад и разместив свободную руку на рукояти своего меча.
   Оружие было одним из тех вещей, которые данмерка всегда держала при себе. Распространяться по поводу того, на каком уровне она им владеет, она не стала, да и впрочем сейчас это не имело смысла. Если бы она хотела себя зарекомендовать, то пришлось бы рассказать добрую половину своей жизненной истории, а Мелурия пока что не торопилась поведать её каждому встречному, пусть и воспитанному и в целом оставляющему положительное впечатление. К тому же, вдобавок ко всему это будет причиной для её спутника не расслабляться. Дозорная не знала, умеет ли он сам обращаться с оружием, но что-то ей подсказывало, что он не так прост. Как минимум, если бы речь шла о личности, предпочитающей нанимать других людей для решения своих проблем, он бы предложил Мелурии деньги за её услуги, но пока что всё больше походило на какое-то общее дело.
   Не видя причин оставаться в таверне, данмерка поднялась на ноги, сгребла осколки и, переглянувшись с Сартайдесом, направилась к выходу. По пути она успела обдумать ещё несколько вариантов, как им было бы лучше поступить, но стремительно приближающийся вечер, который грозился вскоре прикрыть тенями и без того темноватый во всех отношениях город, не оставлял слишком много простора для разнообразия идей.
   - Каков наш дальнейший план действий? - тихим тоном осведомилась Мелурия, когда к ней присоединился данмер.
Оглянувшись по сторонам и не отходя далеко от входа в заведение, девушка подправила одной рукой меховую накидку на плечах и набросила на голову капюшон. По большому счёту ей бы не мешало сходить за щитом и дополнительной суммой денег - раз уж они собрались подкупить стражу. Мелурия говорила себе, что всё, чем они ограничатся, это простой осмотр помещений, но ей не хватало привычной тяжести на спине - без щита она ощущала себя более открытой для любой опасности, но вместе с тем была готова отталкиваться от того, что было. «В конце концов, - решила она, - можно будет перехватить меч обеими руками или же использовать одну из них для магии». Хорошо было бы не прибегать ни к тому, ни к другому, но, зная Рифтен и те ситуации, в которых ей чаще всего доводилось побывать, данмерка склонялась к тому, чтобы оставаться начеку и не вычёркивать ничего из списка возможного. [AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2017-10-17 17:58:12)

+1

7

Пчела и жало, два дня назад.

   По окончанию рабочей недели зал трактира был набит под завязку. Подавальщицы, подобрав юбки, носились с подносами, на которых опасно раскачивались составленные друг на друга кубки, кувшины с вином и глиняные тарелки с закусками. Кирава надсаживала голос раздавая указания, а когда её плохо понимали принималась лихорадочно трясти хвостом, что означало у неё крайнюю степень раздражения. Желающих уже некуда было сажать. Со всеми столами, где можно было сгруппировать несколько компаний, не беспокоясь что они повыдирают друг другу бороды, этот манёвр был уже исполнен.

   В одной из таких сборных солянок, восседающих у стены под шкурой бурого медведя, попойка незаметно перешла во все обще дружескую. Причиной в этом были двое старинных приятелей – Белмунд и алхимик Элгрим. Кузнец праздновал завершение сразу нескольких заказов, исполнение которых требовало от него особой точности, и сейчас пропивал обещанный гонорар. Ему, как лицу хорошо известному в городе, в Пчеле и Жале всегда были готовы предоставить кредит. Зашёл он с другом в трактир довольно рано, рассчитывая пропустить мёда, всего то по кружке другой. Но разомлев в тепле всеобщей хмельной атмосферы забылись, и с размахом пустились во все тяжкие. Соседи по столу оказались втянуты в общий разговор, оживлённый бессвязный и малосодержательный, как это и бывает в подобных случаях.

   - Ты посмотри на эти руки, это ж не руки, а клешни, - убеждал Белмунд сидящего рядом с ним приземистого норда с короткой русой бородой, не местного. Подсовывая ему под нос свои загрубевшие мозолистые ладони, копоть и следы окалины с которых  не смывались даже лучшими мыльными смесями, кузнец продолжал, - Глянь, глянь! Страшенные  же да? А какие чудные вещи они могут сделать! Ты видел когда-нибудь железные цветы? Я могу хоть целый букет выковать, стебелёк к стебельку, клянусь Талосом! Самому удивительно, и без всяких магических подкормок, вон, Элгрим не даст соврать. Мне заезжие таны  такие решётки заказывают, что страшно к делу приступать, столько там финтифлюшек да орнаментов, а поди же – в итоге ни один заказчик от меня недовольным не уходил, вот на что настоящее мастерство способно!

   - Зато магией можно такое сотворить, что и твоим умелым рукам недоступно, - многозначительно улыбаясь встрял алхимик, покачивая кружкой.

   - Не лежит у меня душа к подобным делам, противны они исконной природе Скайрима, но что верно, то верно, - кивнул Белмунд, отпивая добрый глоток, - Да и барыш может принести немаленький.

   - Может и приносит, - ещё более многозначительно захихикал Элгрим, -   На что сидим то, а?
Друзья обменялись пьяными взглядами и невразумительным бурканьем, казалось им жутко хочется о чём то рассказать, но остатки осторожности сдерживали их нетрезвые  языки перед чужим человеком.

   - У меня давно барышные дела не ладятся, – вступил в разговор заезжий норд, пользуясь паузой, - Как война закончилась, так и ныкаюсь, как неупокойный, нигде толкового места не найду. Вот, про Рифтен слыхал много, решил попробовать здесь работёнку по плечу сыскать.

   - Ээээ, - добродушно усмехнулся в пшеничные усы кузнец, - Нашёл куда явиться, в Рифтен! Тут, парень, если  не собираешься себе воровской карьер делать, то можно дороги мастить, или в богатых домах лошадям хвосты от навоза вычёсывать. Горожане за свои тёпленькие рабочие места руками и зубами держаться крепко - накрепко. Иди уж лучше в рыбаки – спокойно, сытно, сам себе господин. Сиди день деньской возле удочки, в комаров поплёвывай.

   - Не могу я в одиночестве, тоска, как ржа железо, начинает душу разъедать, - понурился русоволосый, - Товарищей всех в войну порастерял, семьи не завёл…

   - Загляни что ле в кузню завтра, - сочувственно проговорил Белмунд, - Может и придумаем чего, а сейчас я вот ей ей, уже, мозгами шевелить не могу, да и ногами, кажись, не особо, - тяжело поднявшись из-за стола кователь опёрся на плечо алхимика, и с его поддержкой двинулся к выходу, махнув на прощание, - Бывай, брат!
   
_______________________________________________________________________________________________________________

   - Каков наш дальнейший план действий? – осведомилась данмерка, когда они с Сартом оказались  на вечереющей улице.

   Слышащий молча цедил чай  во время её рассуждений за столом. Она разумно вспомнила об управителе ярла, но данмера этот вариант не устраивал. Один Ситис знает сколько будет потрачено времени на попытку побеседовать с городским начальником. И не пришлось бы  Сартайдесу объясняться о его делах с кузнецом, и не потянулась бы потом  скользкая ниточка расследования бдительной рифтенской стражи  дальше, не в самые чистые дела мага. Нет уж, в глотку даэдра такой путь.  Он позволил девушке самой найти аргумент не впутывать власть имущих.

   - Сейчас мы отправимся по ближе к кузне, - ответил Сарт, покручивая между пальцами блестевшую новёхонькой  чеканкой монету, - И подыщем себе бездеятельного стражника, что бы обратиться с нашей просьбой. Желательно стоящего в одиночку и с физиономией по грустнее. Знаете вроде голодающего с Предела, или страдающего похмельным пучеглазием- что бы он охотнее оценил наше рвение под блеск септимов, и не особенно цеплялся с разговорами.

  Количество осколков, оставленных Мелурией на столе трактира подсказывало Слышащему что девушка лишилась почти всех своих приобретений. Выгляди она по развязней он бы точно предложил завернуть ещё раз к Хафьорг, но сейчас это, он чувствовал, вряд ли будет уместно. Может быть он пригласит её туда позже.

Отредактировано Сартайдес (2017-10-22 00:53:45)

+1

8

Выйдя на улицу и сделав первый глоток свежего воздуха, Мелурия не могла не задуматься о том, насколько часто её планы имели свойство меняться, но не всегда это несло в себе что-то плохое. Если бы не вся эта ситуация с двумя уважаемыми в этом городе, но внезапно исчезнувшими нордами, всё для неё сложилось бы иначе. Как минимум, она бы уже собиралась в путь, а уже завтра находилась бы где-то на подъезде к горам возле озера Хонрик. Но данмерка не имела за собой привычки слишком долго угнетаться по поводу перемен на своём пути, какими бы они ни были. В данном случае главным было то, что девушка чувствовала - она не «влипла» в какую-то историю, а стала участницей чего-то несомненно важного. Даже несмотря на то, что вся эта ситуация попахивала каким-то криминалом, данмерка, тем не менее, была намерена распутать этот клубок. Сложным в данном случае ей казалось лишь то, что она не могла действовать привычными ей способами. Если бы на месте её нового знакомого оказался другой человек, последовательность действий, как и сами действия, были бы совсем другими, но Мелурия должна была признать, что идеи данмера были более уместными. Ей было непривычно действовать таким образом, но нужно было уметь приспосабливаться к обстоятельствам. «К властям обращаться пока что бесполезно,» напомнила себе Дозорная и обратила взгляд на вышедшего из таверны данмера. Сартайдес - при том, что он назвался человеком деловым, - выглядел достаточно уверенным в своих силах и создавал впечатление личности, которая знает, что нужно делать. В данном случае Мелурия решила довериться ему, так как сама была достаточно далека от любых противоправных действий, хоть и понимала, что иной раз без них никак не обойтись.
    - Пойдёмте, - выслушав данмера, произнесла она, мысленно повторяя их план.
    Стражники, как и всякие люди, не отягощённые слишком высокими моральными принципами - а ведь, казалось бы, при их роде занятий они у них как раз должны были бы быть именно таковыми, - не гнушались брать лишнюю монету за отступление от закона. В Рифтене это было особенно распространённым явлением, так как соседство со знаменитой гильдией преступников не могло не повлиять на образ жизни всех в этом месте. Это всегда удивляло Мелурию в этом городе - как в нём уживались люди, имеющие очень твёрдые убеждения и придерживающиеся их в любой ситуации, и те, кто не имел никаких принципов в целом? Тем не менее, это было одной из ярких черт Рифтена, которое нельзя было игнорировать. Они же с Сартайдесом решили воспользоваться той его стороной, которая во главе всего ставила прибыль. Было бы нечестным заявить, что данмерка не имела ничего общего со взятками - она видела и как их дают, и как берут, но сама ими не пользовалась сугубо из принципа. Ей было привычнее помахать мечом у кого-то перед носом или заставить искры плясать вокруг своих пальцев, правда, до их применения в целях тактики устрашения никогда не доходило. Мелурия надеялась, что никогда и не дойдёт.
    Приближаясь к кузне, которая находилась возле главной площади города, Дозорная начала испытывать чуть больше волнения, чем прежде. Ей хотелось поскорее оказаться внутри нужного здания и поскорее разведать, что же там произошло, но ввалиться туда просто так они не могли, и дело было не только в закрытых дверях. Нужно было многое учесть, и данмерка решила подойти к делу серьёзно, как оно того и требовало.
    - Вы, как человек, имеющий отношение к торговле, наверняка лучше разбираетесь в том, кто с большим рвением отнесётся к нашей просьбе, если предложить ему лишнюю монету, - обратилась она к Сартайдесу, держа взгляд прямо, чтобы не вызывать подозрения у окружающих и не выглядеть заговорщически, - поэтому предполагаю, что будет целесообразнее, если этим делом займётесь Вы. Я же в это время осмотрюсь вокруг. Что-то мне подсказывает, что кузня остаётся закрытой не просто так, и, думаю, Вы тоже это понимаете.
    Взглянув на данмера лишь один раз, девушка кивнула ему и отделилась от нового знакомого на подходе к площади. Обойдя прилегающие к ней здания по кругу, она двинулась в сторону расставленных на ней рыночных лотков. Время было позднее, поэтому обычного оживления среди них заметно не было, тем не менее, кто-то из местных торговцев всё ещё пытался заманить к себе кого-то из редких прохожих - скорее всего, кто-то, кто имел связи с Гильдией воров и потому мог беспечно оставаться на своём месте, когда начинало темнеть. Мелурия ничего покупать не собиралась, а действительно вышла на эту своеобразную прогулку, чтобы осмотреться. Чуть ранее, когда они находились в таверне, Сартайдес сказал ей, что алхимик исчез сразу после того, как отправился в кузницу. Если бы случилось что-то из ряда вон выходящее, то об этом сразу узнал бы весь город - например, если бы в кузнице что-то взорвалось или на обоих мужчин кто-то напал по случайности, как это часто случалось в Рифтене. Но всё это выглядело как нечто спланированное - по крайней мере, на взгляд Мелурии. Кузнец и алхимик пропали, но никто ничего не предпринял. Что-то здесь было не в порядке, и это настораживало.
    - Прекрас-сные рубины подчеркнут Ваш-ши глаз-за, - прозвучало со стороны какого-то аргонианина.
    - Если бы я надевала на себя рубины во время путешествий, я бы и за ворота Рифтена не сумела бы выйти, друг мой, - не промолчала данмерка, вежливо улыбнувшись торговцу и подойдя к другому лотку, где торговали всякой всячиной.
    По сути, она тянула время. Запомнив направление, в котором отправился Сартайдес, девушка хотела проследить за тем, не возникнет ли у него вдруг «хвоста». Рифтен - город хитрый, и здесь мало что делается просто так, разве что только у всяких дилетантов, которые, впрочем, здесь надолго не остаются. Вполне возможно, что у исчезновения двух нордов были свои последствия, как, например, нежелание тех, кто это сделал, допустить кого-то к расследованию. Как итог - если исчезновение двух нордов было тонко спланированным, то по задумке преступников никто не должен был докопаться до правды. «Если бы я была на их месте, что бы я предприняла? - поразмыслила Мелурия,  перебирая в руках верёвки, предоставленные ей торговцем. - Наверное, первым делом удостоверилась в том, что никто не будет выискать их по следам. А их начало как раз следует поискать в кузне». Поход в это место перестал казаться данмерке настолько простым занятием, и она постаралась осмотреться вокруг, попутно вороша товар. Выглядело это так, будто она задумывалась над каждой вещью, брать её или нет. Чтобы не злить торговца и не вызывать подозрений, она в итоге взяла маленький рыболовецкий крючок. Стоил он не так много, пусть и не был ей нужен, но прикрытие есть прикрытие.
    Взяв свой товар и отправив его в сумку на поясе, данмерка отправилась не к кузне, а по направлению к ближайшей улице - планировала обойти квартал ещё раз и только потом пойти и разыскать Сартайдеса. Возле одного из лотков ей попался совсем юный подросток - может быть, лет двенадцати-тринадцати, - который совсем уж по-взрослому стоял, накренившись одним боком и держа руки за спиной, и как-то странно смотрел на проходившую мимо женщину, спешившую покинуть улицы, прежде чем окончательно стемнеет. Едва только Мелурия оказалась в зоне его досягаемости, как он перевёл на неё свой взгляд и широко улыбнулся, только в этой улыбке явно прослеживалась хитреца. Данмерка тоже ему улыбнулась, но проходя мимо и глядя ему прямо в глаза, подметила:
    - Руки отвалятся.
    Очевидно, что какой-то начинающий воришка. Для совсем уж дилетанта у него был слишком самоуверенный вид, так что можно было предположить, что этот имел дела с Гильдией воров. Печально, конечно, что эти грязнорукие нелюди затаскивают в преступный мир совсем ещё детей, но бороться с этим в одиночку было невозможным, и потому Мелурия не стала заострять на этом своего внимания. Было время, когда данмерка хотела всех исправить, но это время прошло. Чтобы кому-то помочь, как минимум необходимо участие обеих сторон, а такое встречается нечасто. Некоторых, впрочем, при определённых условиях можно было понять. Допустим, кому-то разбойники разворошили дом и оставили ни с чем - и что им делать? Чтобы заниматься земледелием, нужна земля, чтобы охотиться - навыки. У обыкновенного подростка, оставшегося без средств к существованию, иной раз просто не остаётся выбора. Быть наёмником и зарабатывать деньги честным путём бывает очень и очень непросто. Чем бы занялась Мелурия, если бы у неё не было такого отца, который дал ей возможность получить все те навыки, что у неё имелись? Она была бы брошенным всеми данмером в не самом густонаселённом городе, при том ещё и обладающим магическими способностями. Ей бы никто не дал работу, особенно когда она была малявкой. Так что судить иной раз было проще, чем углубиться в суть вопроса и признать, что люди не всегда живут так, как им того хотелось бы. Зачастую они не просто сходят с пути - их туда сносит. Жаль, что окружающим до этого очень редко есть какое-либо дело.
    Пройдясь по ближайшим улочкам и делая вид, будто она разыскивает ночлег, данмерка не уличила за собой никакой слежки - впрочем, на свете бывали такие люди, что их могли бы обнаружить только им равные, поэтому сбрасывать со счетов возможное наблюдение было нельзя. Тем не менее, данмерка приняла решение найти своего нового знакомого и отправилась в сторону кузни. Проходя вдоль заграждения, препятствующего падению в канал, она почувствовала, как что-то ударяется ей в плечо. Резко развернувшись и бросив взгляд вперёд, Мелурия не обнаружила ничего, кроме юркой тени, перескочившей через заграждение и скрывшейся с глаз. Взглянув перед собой, девушка увидела только мелкий камешек. Возможно, кто-то целился ей в голову, но этого было бы недостаточно, чтобы её вырубить. Наиболее вероятным казалось то, что кто-то попросту привлекал к себе её внимание. Невзирая на то, что первичным желанием было броситься вдогонку, данмерка запретила себе это делать и быстрым шагом продолжила свой путь, не забывая оглядываться. С Сартайдесом, как и в прошлый раз, она едва ли не столкнулась.
    - Кто-то швырнул в меня камень со спины, - сходу заявила одна, подбрасывая данмеру подобранный предмет, - без намерения убить, а скорее из желания привлечь внимание, и скрылся в канале. Возможно, это просто чьё-то баловство или приглашение мелких воришек попасться в их ловушку и поделиться своим добром, но может статься, что это что-то большее. По крайней мере, я не первый день здесь хожу, и такое со мной случается впервые.
Дозорная окинула широким взглядом всё вокруг. Подступала ночь - время, когда всякие паразиты выползают из своих нор, так что случавшееся в это время суток можно было интерпретировать по-разному. В любом случае, это не должно было отвлекать их от основного дела.
    - А что у Вас? - спросила Мелурия, всё ещё бегая глазами. - Смогли договориться о посещении кузницы?
    Она остановила свой взгляд на данмере, рассчитывая на то, что они вскоре смогут скрыться за стенами злополучной кузницы и что тогда всё прояснится.
[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2017-11-23 00:31:03)

+1

9

Сарт поймал подкинутый девушкой камешек.
На его ладони оказался обычный кусок речной гальки, ничем не примечательный. Навредить таким маловероятно, видимо кто-то хотел либо заставить Мелурию обернуться и рассмотреть по лучше, либо увлечь за собой в тёмный переулок. Там девушку ждало бы вульгарное ограбление, а может быть что-нибудь более отвратительное. Это зависело от того, насколько чистой была репутация данмерки в прошлом, и не тянулись ли за ней по Рифтену нелицеприятные грешки.

  - Неспокойное время суток наступило, хоть мы с вами и находимся в самом центре города, будьте осмотрительны, Мелурия, - Слышащий щелчком отправил камешек в сторону канала, - Да, договорился, сейчас явится наш алчный страж порядка.

   Камушек был загадкой. Или пустышкой, случайной мелочью, которые сотнями наполняют нашу жизнь на каждом шагу. Расспрашивать о старинных недоброжелателях, жаждущих содрать со спинки девушки её пепельную шкурку маг не стал. Было бы о чём откровенничать морфальская уроженка наверняка поделилась бы, упреждая опасности. Молчит значит не чего сказать, или сознательно хранит свои секреты. В обоих случаях расспросы сейчас ни к чему толковому не приведут.

   - Смотрите, двери в дом кузнеца одни единственные, подход к ним достаточно хорошо виден с площади, - данмеры стояли на углу  трактира "Пчела и Жало", - Но совсем рядом, вооон там, - Сарт указал рукой на тёмное глухое пространство между кузней и медоварней, - Ворота, к рыбным складам и лодочному причалу. Если кто-то увёл насильно Балимунда и Элгрима из кузни, то скорее всего -  туда, спихнули потом силком в подогнанную лодку и отчалили, ищи свищи следов. Не через весь же город мимо торговцев, уличных ротозеев и сторожей главных рифтенских ворот им шествовать.

Из плотных вечерних сумерек, стремительно уступавших месту темноте ночной прохлады появилась фигура в остроконечном шлеме, и осанисто, хотя и несколько пошатываясь, приблизилась к данмерам.

   - Тут пришлось кое кого подмазать, так что за вашу экскурсию ещё пара монет причитается, - заявил стражник, протягивая нечистую пятерню, - Агась, спасибочки, есть же люди среди меров, - он хохотнул сам с собой принимая септимы и продолжил, выуживая связку ключей и шагая к "Обожжённому Молоту" :

   - Идём тихо, быстро, но не гнобясь. Если вдруг чего кого – твоя девчонка там сумку забыла, с бумажками всякими важные, грамотками подорожными, ищите вы её – понятно? Но внутри ничего не брать! Ничего самовольно не трогать!  Хоть шляпку от гвоздя в карман положите – сразу зову напарников, и ведём вас к ворью за решётку, чуете? 

   - Вполне, - отозвался маг, пропустив Мелурию вперёд себя и двигаясь последним, - А откуда у тебя ключи от кузни, sero?

   - Да откуда ж им быть? Как кузнец исчез, дверь оказалась незапертой, капитан и наказал какой никакой замок навесить, что бы проходимцы, охочие до чужого добра не шлындали.

Страж, не смотря на свою болтливость и браваду, озирался по сторонам довольно беспокойно. Хотя безлюдная кузня, со своей мёртвой рабочей частью, выходящей на площадь, являла собой самую непроглядную область в этот час.
Дешёвый замок недовольно крякнул в его руках и поддался, дверь открылась, только что бы проскочить, и сразу захлопнулась, едва данмеры миновали порог. Это постарался их провожатый.

   - А нечего на распашку держать, - пояснил он, - Вот, дорогие гости города, осматривайтесь сколько вашим серым душенькам угодно.

Приглашение звучало издёвкой – в кузне было темно, хоть глаз выколи. Искать в незнакомом доме светильник или хоть какой-нибудь завалявшийся огарок было делом заведомо проигрышным.
Не спрашивая разрешения Сарт молча зажёг волшебную парящую сферу, которая осветила первое помещение холодным неживым светом.

   - Даэдрово отродье, - буркнул недовольно стражник, наблюдая как данмеры передвигаются по комнатам.
   - Это почему здесь? – Слышащий указал на куски крупного угля, высыпанные прямо на пол.
   - Да я почём знаю, так всё и было, когда мы пришли. Может когда уголь притащили дождь был и Балимунд решил его дома пока пристроить, - отозвался норд.
   - Вытряхнув кучей  в жилой угол? Чего не оставил в мешках тогда?, - задумчиво протянул данмер, оглядываясь. Кроме неопрятной угольной кучи всё было в порядке. Никаких заметных следов борьбы, крови, взлома, рысканья по вещевым шкафам не наблюдалось.

- Ай, мне то почём знать? Нашёл с кого спрашивать…- норд демонстративно отвернулся, показывая, что ему надоели бесполезные вопросы.
- Мелурия, там дальше подвал, загляните в него, если не сложно, - попросил Слышащий девушку.
Пользуясь моментом пока рифтенский слуга закона сосредоточенно таращился в тёмный угол данмер быстро взял в руки и перевернул большой лист грубой обёрточной бумаги, разглядывая выведенные на нём строчки.

+1

10

Сартайдес умел держать себя в руках - данмерка заметила это ещё прежде, но чем дольше они взаимодействовали друг с другом, тем отчётливее это виделось. «Не знаю, какую работу приходится ему делать там, в Пределе,»  подумала она, «но для неё, похоже, тоже нужен основательный  костяк». Ввиду этого с ним было несложно сработаться - даже при всём при том, что Мелурия была знакома с ним совсем недолго и в принципе всё ещё могла продолжать относиться к нему как к незнакомцу. Тем не менее, общее дело и какие-то сквозящие в данмере нотки профессионализма по данному случаю - то ли действительно присущие скупшикам, то ли взявшиеся в нём откуда-то со стороны, - позволили девушке занять привычную для себя позицию. Она, чего уж этого стыдится, лучше выполняла приказы, чем сама их раздавала. Сартайдес, нужно отдать ему должное, обращался к ней без повелительных тонов, хотя, если взять во внимание, что она фактически выполняла роль наёмника, это было бы уместным. То, что он так не поступал, прибавляло ему чести, а заодно и позволяло Мелурии принимать больше личного участия в происходящем. Её не сковывал порядок - а ведь в деловых отношениях даже при отсутствии детально прописанного контракта всё равно имеются чёткие правила, которые требуется соблюдать, - и это, на взгляд данмерки, в перспективе делало их временное сотрудничество более плодородным.
    - Я буду оставаться начеку, - тихо, но уверенно заверила его Мелурия, сжав ладонь на рукояти меча, но вскоре отвела её.
    Без лишней спешки, но и особо не задерживаясь, они подошли к нужному месту и остановились возле самого известного в городе трактира. Данмерка слышала раздающиеся оттуда голоса и звуки музыки, но всё это будто находилось на периферии её внимания. В центре его находился размеренный голос Сартайдеса, повествующий о самых важных моментах на данном этапе их расследования. Мелурия внимательно слушала его, не перебивая. Она была как раз того типа человеком, которые предпочитают сперва всё тщательно обдумать, и лишь только тогда, подметив мельчайшие детали и сложив их в голове в полноценную картинку, приняться за действия. «Как не крути, а похищать их прямиком из кузни - дело не самое разумное,» рассуждала она вслед словам своего союзника, «двери выходят как раз в сторону оживлённой площади, и даже если всё это дело разворачивалось в ночное время суток, здесь всё равно достаточно людей, чтобы кто-то что-то мог заметить. Возможно, похищение было вынужденной, незапланированной мерой. Этим можно было бы объяснить их исчезновение прямиком из кузни, ведь если бы кто-то хотел увести их тайком и действовал при этом профессионально, то схватил бы обоих в более укромном месте… Разве что проблема заключалась как раз в том, чтобы в это укромном месте известные и уважаемые кузнец и алхимик оказались одновременно. Быть может, похитители в своих действиях отталкивались как раз-таки от нехватки времени?» Об этом можно было рассуждать очень долго, но они со скупщиком тоже были ограничены в данном ресурсе, поэтому Мелурия решила поделиться с ним кое-какими соображениями на данный счёт.
    - Может ли быть такое, что они вышли из кузни и отправились к лодке добровольно? - спросила Дозорная, скрестив руки на груди и бросив взгляд на стоящего рядом данмера. - Отчаливающая ночью лодка наверняка притянула бы к себе внимание, но если все в ней вели себя спокойно, то эту позднюю поездку ещё можно было бы как-то объяснить.
    Она снова перевела взгляд на кузницу, пытаясь составить в уме картину произошедшего. У неё получилось «прокрутить» несколько сценариев, прежде чем к ним подошёл стражник, которого Мелурия встретила более чем отстранёно. Несмотря на то, что Сартайдес вёл себя очень расслабленно, Дозорной пришлось приложить усилия к тому, чтобы не начать вызывать подозрения у окружающих. Она совсем не симпатизировала людям, позволявшим себе такие вольности как принятие взяток и просьбы к надбавке. Её отец был стражником, и она сама когда-то хотела таковой стать, и люди наподобие индивидуума, подошедшего к ним, явно позорили честь своей должности. «Но без него,» напомнила себе Мелурия, «у нас бы ничего не получилось». Так что пришлось терпеть - даже при учёте того, что нелестные слова так и лезли на язык данмерки. «Даже если я что-то скажу - это ничего не изменит,» продолжила она свой внутренний монолог, «подобные вещи вошли в здешний обиход и стали повседневностью. Попытки вмешаться в естественные процессы этого города - дерзко и открыто - означало бы поставить себя с ним в конфликт, а сейчас это совершенно ни к месту». Сначала они должны были решить вопросы первостепенной важности - а пропавшие люди при любом рассмотрении более важны, чем жадность и алчность городских стражников.
    Замечание про «людей среди меров» Мелурия «проглотила», как и многие другие едкие высказывания, которые ей доводилось выслушивать в ходе своей жизни в Скайриме. Это, можно сказать, было частью некоего налога, который она как данмерка платила за проживание здесь. «Есть и хорошие люди,» сказала она себя. Каждый раз, когда кто-то вёл себя по меньшей мере неприлично, она напоминала себе о таких вещах, и это помогало ей сдержаться. «Люди, для которых форма ушей и цвет кожи не имеют никакого значения. В Дозоре, например, таких было множество».
    Вторгаться в чужое имущество ей было некомфортно, и то, с какой лёгкостью они это сделали, навели данмерку на мысли о том, что, в принципе, так может получиться с чьим угодно домом — в том числе и с её, кстати говоря. Но нужно было отсеять эти мысли, и Мелурия переключилась на наблюдение за всем вокруг. Слежки за ними не было - или, по крайней мере, велась она настолько умело, что данмерка её не заметила. Немало полезной информации поступало также от стражника - правда, с примесью высказываний, которые не имели никакого отношения к происходящему или вставлялись лишь только ради выражения отношения данного человека к мерам. Девушке такие вещи были привычны, поэтому она пропускала их мимо ушей. «Нужно концентрироваться на задаче,» в который раз повторила она себе.
    Дозорная прошла мимо Сартайдеса, пропустившего её вперёд, и оказалась внутри кузницы. Некоторые комментарии со стороны данмера могли бы вызвать улыбку у девушки, если бы вся атмосфера их занятия не была такой напряжённой. «Он разумный человек - этот скупщик,» отметила она, как-то мельком взглянув в его сторону и вновь перейдя к изучению их окружения. «Вроде бы и не говорит ничего лишнего, так что его не уличить в препинании со стражей, но в случае чего он сможет дать ему достойный отпор, не соскальзывая до обыкновенных ответных оскорблений». Сама она почти никогда не вступала в спор с людьми, кто имел к ней какие-либо необоснованные претензии. Жизненный опыт научил её тому, что некоторым попросту необходимо спускать своё недовольство, и такие ситуации не стоит развивать до серьёзных конфликтов. Ремесло, которым занималась Мелурия, требовало от неё взаимодействия с людьми, а оно было возможным лишь только при наличии должной доли рассудительности и сдержанности. В конце концов данмерка научилась не просто не реагировать на оскорбления, но и не воспринимать их. «Они меня не знают,» говорила она себе в таких ситуациях. «В них говорит не презрение к кому-то конкретному, а недовольство, идущее прямиком из их личного опыта и восприятия. Они похожи на лучников, чьи стрелы жгут им руки - и вот они ищут мишени». Но это не означало, что в данной обстановке данмерка оставалась совершенно глуха к причитаниям стражника. Во-первых, ей не хотелось, чтобы всё это выслушивал Сартайдес - по сути, гость этого города, который отчасти был и её домом. Во-вторых, эти комментарии мешали концентрироваться и отвлекали, как это делает надоедливый стук в пространстве, где требуется тишина.
    - Необходимо, чтобы все соблюдали молчание, - сказала она, когда Сартайдес и стражник обговорили несколько нюансов друг с другом, - иначе своей сумки мне не сыскать.
    Тем самым она дала понять, что границы, обозначенные стражником, были приняты к сведению, а сама она ещё раз оглянулась по сторонам, подмечая какие-то детали и обдумывая то, что они уже успели понять для себя. Разумеется, уголь был рассыпан по полу прямо в комнате не просто так, но Мелурия пока что не видела в этом никакой подсказки к тому, что здесь случилось. Банальная драка казалась наименее вероятным вариантом, поэтому девушка решила дождаться, что по этому поводу скажет данмер, но обсуждать такие вещи в компании стражника они не собирались. Вместо этого Сартайдес предложил ей осмотреться в подвале, и Дозорная отреагировала на это обыкновенным кивком, но прежде она бросила короткий взгляд на мужчину, оттенённого голубовато-серебристым светом магического огонька. Он оказался магом - это одновременно показалось Мелурии как открытием, так и чем-то вполне себе разумеющимся. В её голове все данмеры были искусными магами, а Сартайдес - и того больше - упоминал, что он родом с Солстхейма, а жители острова едва ли позволяли себе не использовать что-то столь важное, как магия.
    Не задерживаясь, данмерка обвела взглядом потолки и подошла к лестнице. С этого момента она действовала сама по себе, и потому могла отвлечься от всего, что оставалось позади. Кузница и сам дом были местом просторным, поэтому следовало ожидать, что и площадь подвала окажется немаленькой. Мелурия же начала осмотр ещё со ступенек. «Ничего,» отметила она. При драках и сопротивлении всегда есть кровь, но лестница была чистой, практически подметённой. «Подметённой,» повторила Дозорная у себя в уме, спускаясь вниз. Едва соскользнув с последней ступеньки, она тоже зажгла огонёк, который повис сбоку от неё и последовал за данмеркой, когда она бесшумно отправилась на поиски каких-нибудь зацепок. Искать было нелегко, так как подвал был заставлен разнообразным хламом, который наверняка имел свою ценность для кузнеца и регулярно использовался им - окружающим он мог показаться барахлом лишь только потому, что они не разбирались в предназначении этих вещей. «Всё прямо как с эльфами и прочими.. не-людьми,» чуть было не усмехнулась с крупицей горечи Мелурия, осторожно продвигаясь вперёд. Возле одной из стен её внимание привлекла опрокинувшаяся бочка, лежащая на боку - она смотрелась странно на фоне остальных, стоящих достаточно ровно. Положив руку на меч и выдвинув его на треть из ножен, данмерка подошла поближе к подозрительному объекту. Магический огонёк колыхнулся, когда она с осторожностью наклонилась к бочке и с трудом не отпрянула тотчас же, так как её глазам предстал связанный, едва тянущий воздух сквозь повязку на рту человек.
    Мелурия толкнула меч обратно в ножны, откинула капюшон и быстро присела. Вытащить молодого человека за плечи было нелегко, но она это сделала. После - быстрым движением сорвала повязку с его лица и придвинула норда спиной к стенке. Освещение было достаточно хорошим, чтобы она узнала в нём Асбьорна - ученика кузнеца. Но если предположить, что он был связан здесь с момента похищения своего учителя и его знакомого, то получается… «Он провёл здесь несколько дней!» осознала девушка, но всё же попыталась с ним договориться.
    - Асбьорн! - негромко позвала она, придерживая его за плечо и пытаясь взглянуть ему в лицо. - Я из храма Мары. Пришла, чтобы помочь. Что здесь случилось?
    Даже мимолётного взгляда на избитого парня хватало, чтобы понять - он попал в серьёзную передрягу. За эти дни его организм успел истощиться настолько, что он едва мог сообразить, что от него хотят, так что первой реакцией Мелурии было желание использовать магию исцеления и помочь ему, но она вовремя осознала, что сперва ей тоже нужна поддержка. Главное - не привлекать внимание людей со стороны. Стражник всем своим поведением дал понять, что его очень просто купить, и точно также, как его купили они, его услуги или информацию мог приобрести кто-то другой. Нужно было отделаться от него и поскорее, но Дозорная не знала, как. Вдруг на неё навалилась большая спешка, и она была готова сорваться и заметаться, но здравый смысл подсказал, что Сартайдес лучше сообразит, что нужно делать. Только нужно было как-то привлечь его внимание, позвать сюда в подвал, но так, чтобы стражник остался наверху.
    Найдя в своей поясной сумке не выброшенный осколок, она швырнула его в сторону лестницы, чтобы создать звук ломающегося стекла.
    - Осторожно! - позвала она. - Я разбила одну из своих склянок. Возможно, поднимутся ядовитые испарения. Уважаемый коллега, - Мелурия и не знала, как назвать данмера, не упоминая при этом его имени, - Вы бы не могли спуститься и помочь мне?
    По её тону было слышно, что случилось нечто из ряда вон выходящее, но Сартайдес, будучи магом, притом магом наблюдательным, должен был сразу же понять, что никакие склянки с ядами тут не при чём, а вот стражника с его любопытством это как раз могло задержать. «Надо было выучить хотя бы что-нибудь на данмерисе - тогда мы бы без проблем могли договориться,» с досадой отметила она и повернулась к ученику кузнеца. «Держись, сейчас мы со всем разберёмся,» пообещала она одним только взглядом. Хотелось верить, что так оно всё и сложится.
[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2018-01-03 23:58:52)

+1

11

На улице начал подниматься ветер. Он, пока ещё неспешно и словно задумчиво, с лёгким шелестящим звуком перекатывался по старой черепице, сдувая с крыши мусорную мелочь.
   - Ет чегой то?, - кичливый стражник нервически схватился за рукоять меча на хлёсткий звенящий звук, и голос долетевший из подвала.
   - Девушка выронила флакон, - медленно проговорил Сарт, прислушиваясь к словам Дозорной, - Не волнуйся, sera, сейчас я посвечу ей, и мы подберём все фрагменты, ничего лишнего после нас не останется. Будь любезен – пригляди, что бы в дом не заявились случайные гости, соблазнённые отсутствием замка.
   - Ладно, - недоверчиво процедил нордлинг, продолжая сжимать оружие, - Пригляжу, что ж мне остаётся…Только вы там сметите всё, что бы ни соринки! И эти, испарения подотрите! Они совсем ядовитые для людей, или немного? – тревожно уточнил он.
   - Немного, sera, главным образом для рыжих и бретонов, - серьёзно отозвался маг, удаляясь вниз по лестнице.
   - Тогда ещё ладно, - воспрял духом стражник, но тут же занервничал куда сильнее, - Скампова срань, у меня двоюродная бабка из Хай Рока!

   Двигаясь по ступеням Слышащий  зажёг сферу парящую рядом, словно пришитую длинной невидимой ниткой к его плащу. В магическом свете подвал кузнеца казался огромным фантастическим пространством. То там, то здесь вспыхивали тускло глянцевые блики на кованых изделиях, по большей части недоделанных, и от этого казавшихся частями разобранного остова какого то механического чудовища. И тут же на свет появлялись и исчезали банальные табуретки, корзины, ящики, инструменты развешанные по стенам.
   - Что у вас здесь? – негромко произнёс Сарт на данмерисе, отыскав девушку по магическому огоньку среди корзин, на более менее чистом от хлама пространстве, - Ого…, - он быстро присел на корточки возле раненого, и коснулся, пробегаясь пальцами, окровавленных пятен на одежде - Это же Асбьорн.. дышит ещё.. Не смотрели, сильно изувечен?
   Мелурия промолчала и неопределённо пожала плечами, на её лице мелькнуло странное выражение. Растерянность? Слышащему пришло в голову что она не понимает его. Это было чудно, но не так уж невероятно, если сказанное ею про Морфал было правдой, и особенно если верно было предположение Сарта о смешении в её жилах нордской и эльфийских кровей.
Посланные импульсы магической энергии разошлись вокруг данмера, пронзая пространство.
   - Мы с вами, этот несчастный и алчный страж - больше в пределах дома живых существ не имеется, - тихо пояснил Слышащий, возвращаясь снова к северному наречию, - Мёртвых, впрочем, тоже.
   Говоря это он усадил нордлинга более устойчиво, и достав из сумки фляжку из костяных пластин прижал горлышко к его запёкшимся губам. Раненый тяжело вздохнул и машинально сделал несколько изрядных глотков когда вода потекла по его лицу. Потом, не открывая глаз, обессиленно уронил голову на плечо.
   - Ну чего вы там стихли, как в засаде? – подозрительно окликнул данмеров заскучавший страж, пытаясь разглядеть что то дальше уходящей в темноту лестницы, и не решаясь спуститься, - Собрали свои стекляшки? Отраву поскребли?
   - Осколки сложили, нейтрализуем ядовитые испарения, - повысив голос произнёс Слышащий и стражника как ветром сдуло по дальше от лестницы. Недовольно бормоча он затоптался у входной двери и угрожающе заявил:
   - Пошевеливайтесь! Я с вами тут до петухов маячить не нанимался, у меня обход скоро и конец караульных часов, а ещё дежурному капитану устный отчёт.

Между тем Сарт обрезал ножом верёвки перетягивающие руки и ноги молодого кузнеца. Освобождённый от пут нордлинг, чуть дыша, как выкинутая на берег морская рыба распластался во весь рост на полу.
   - Бедолага явно не расположен к беседам, пользы нам с него ни на горсть, - зашептал Сарт девушке, - Бросить его тут беспомощного – подло, вручить нашему корыстному провожатому – сомнительно.. Мелурия, вы умеете что нибудь из магии врачевания? Мы можем попробовать облегчить его состояние, что бы он не воссоеденился с предками в Совнгарде. Оставить, пока бравый страж не начал рыть копытами пол, и подослать утром жрецов из храма Мары. Помниться их учат разбираться не только в любовных связях, но и в бренных органах животных существ.

   Первейший вариант – отделаться от стражника, самому подлатать Асбьорна, и вытянуть из него всё что удастся, Слышащий уже обдумал и откинул. Как не был этот план заманчив простотой воплощения, но мага не покидало наитие, что убийство свидетеля, даже если это всего лишь нерадивый страж порядка, с выраженной гнильцой совести, напрочь погубит складывающееся доверительные отношения с Мелурией. Рифтенский караульщик, сам того не ведая, оказался обязан своей жизнью случайной данмерке, приглянувшейся Слышащему.

Отредактировано Сартайдес (2018-02-01 13:28:13)

+1

12

Мелурия постоянно слышала его – этот голос причитающего стражника, остающегося на основном этаже кузницы. Она мельтешила взглядом по подвалу здания, глядела на лестницу, но её новому знакомому, по-видимому, всё же удалось задержать норда, так что тот так и не спустился. В перерывах между «скачками» по окружающему пространству, данмерка бросала взгляды на юношу, который оказался в такой незавидной ситуации. Она, разумеется, целиком порывалась предпринять хоть что-то, но нужно было обязательно дождаться Сартайдеса. В её представлении этот данмер – пусть и практически ей незнакомый, - но представал в виде личности, способной быстро сориентироваться даже в такой ситуации. Мелурия же умела реагировать только прямолинейно – с тех пор, как после разгрома Зала Дозора в ней поселился страх упустить ситуацию, она зачастую действовала, сперва как следует не подумав и решив, что поступает верно. Но в данном случае нужно было поддаться остаткам терпения и дождаться своего соратника.
    Но стражник продолжал что-то подмечать, и Дозорную нервировал его голос.
    Решив больше не уступать этому чувству, данмерка внутренне подсобралась и направила всё своё внимание на подмастерье кузнеца. Её руки уже сами собой складывались привычным образом, чтобы использовать заклинание школы Восстановления. В тот момент, когда ей показалось, что ждать и дольше она уже не в состоянии, в стороне, где находилась лестница, появился другой источник света – значит, там находился Сартайдес. Для облегчённо вздоха ситуация оставалась слишком напряжённой, поэтому Мелурия будто бы замерла, сидя на полу рядом со связанным нордом, и упёрлась взглядом в направляющегося к ним данмера, всем своим видом прося его поторопиться. Сартайдес то ли поддерживал роль, то ли действительно хотел о чём-то разузнать, но его разливающийся по подвалу звонкий голос ни о чём девушке не сказал, потому что она попросту его не поняла. «Вот же!..» мысленно воскликнула Мелурия, в который раз пожалев о том, что так и не потрудилась выучить язык, который ей было положено знать. Дав себе обещание обязательно выучить хотя бы его базы, данмерка продолжила пристально глядеть на приближающегося к ним мужчину. Он говорил, без сомнения, что-то очень важное, присев на корточки рядом с ними, но Мелурия так и не смогла вытолкнуть из себя признание и просто пожала плечами. Её вид, похоже, всё сказал сам за себя, потому что следующие фразы со стороны данмера прозвучали уже на понятном для неё языке. Почти не дыша, она выслушала его отчёт по поводу находящихся в доме и теперь уж точно могла вздохнуть, осознавая, что нынче всё внимание действительно можно – и нужно - сконцентрировать на Асбьорне.
    Как назло, стражник сверху вновь подал голос, заставляя Мелурию выходить из себя, а в таком состоянии она с большей вероятностью могла сделать что-то криво.
    - Сделайте с этим что-нибудь, - шёпотом и быстро проговорила она, глазами указав вверх.
    С её стороны это прозвучало как просьба.
    Сартайдес ответил стражнику, и данмерка попросту вычеркнула его из своего восприятия. Зайдёт он сюда или нет – решила она для себя, - значения не имеет; главное – помочь подмастерью. Этим она и занялась, подобравшись чуть-чуть поближе и задействовав хорошо известное ей заклинание лечения. Когда это было сделано, Мелурия отстранилась, предоставляя молодому норду чуть больше свободного пространства, а то могло получиться, что они с Сартайдесом чересчур сильно напирали на него. Где-то на периферии сознания ещё звучали его слова по поводу жрецов Мары. Данмерке причудилось, что её новый знакомый имеет к ним не самое положительное отношение – иначе бы его слова не прозвучали с некоторым оттенком сарказма, - и в иной раз она бы обязательно развила бы из этого отдельную тему, но не сейчас. В этой конкретной ситуации Сартайдес мог выразиться, как посчитал нужным, а долгом Мелурии было эти слова осознать и действовать, основываясь на них, ведь по её мнению это был не лучший, но всё же наиболее подходящий для данного случая план.
    Она не хотела оставлять Асбьорна, потому как всеми частицами души ощущала, что человека в таком состоянии покидать одного нельзя. С другой стороны, она могла сделать ещё хуже. Вдруг стражнику придёт в голову утащить его для допроса в городскую темницу? Там ему будет явно ещё менее удобно, чем здесь. Но раз она не могла выбрать другой вариант развития событий, то могла хотя бы постараться и сделать так, чтобы улучшить уже имеющееся положение.
    - У меня к Вам просьба, - также шёпотом промолвила она. – Вы можете занять чем-нибудь стражника хотя бы ненадолго? Мне нужно задержаться здесь хотя бы на пять минут – и желательно, чтобы никто посторонний не услышал, чем я тут занимаюсь.
    Под посторонними она, конечно же, имела в виду стражника. В способностях Сартайдеса устроить всё так, как она попросила, Мелурия почему-то не сомневалась – она уже успела убедиться, что данмер умеет находить определённый подход к людям. Оставшись же наедине с подмастерьем, она быстро бросилась к горам вещей, расставленным возле стен подвала, и начала рыть их в попытке найти хоть что-то, что сгодилось бы для подстилки для норда. Наспех схватив шкуру какого-то животного – вероятнее всего, это была шкура козы, - Мелурия постелила её на пол и перекатила на неё мужчину. Следом, достав такой же кусок шкуры, накрыла его ею и затем, дважды оглянувшись, взбежала вверх по лестнице и оттуда – за дверь.
    Ей было по-прежнему неспокойно, но каким-то даже для себя необъяснимым образом у неё получилось напустить на лицо выражение вдумчивого равнодушия. На стражника она пыталась не смотреть, и то, что её взгляд каждый раз оказывался где-то, но не на нём, можно было списать на её нежелание это делать – после всех полученных за эту ночь комментариев в свой адрес это было обоснованным. Говорить она также не стала – лишь попрощалась со стражником, вежливо и отстранённо, когда их пути разошлись. Только после этого данмерка стала ощущать себя чуточку свободнее, но мысли роились у неё на уме, перебивая друг друга, и это будоражило её кровь, мешая вооружиться истинной собранностью. Сартайдес, судя по его виду, значительно преуспевал в этом по сравнению с нею, но делец есть делец – у иных предпринимателей и людей, с этим связанных, нервы бывают выдержаннее, чем у закалённых воинов.
    Из-за всех этих мыслей, в которые Мелурия так сильно погрузилась, она и не заметила, что они успели пройти несколько кварталов – а ведь данмерка так и не спросила, куда они отправятся дальше. Осведомившись об этом, Дозорная не могла не согласиться с доводами своего соратника – после всего, что случилось, да ещё и в такой поздний час самое лучшее, что они могли сделать, это позволить себе отдохнуть. И хотя Мелурия отчасти сопротивлялась этому, вслух она высказала своё согласие, но сделала небольшое отступление.
    - Я присоединюсь к Вам в «Сладкой Чаше» чуть позже, - сказала она, когда они оба остановились на перекрёстке, и Мелурию пронзила мысль, что она хочет сделать кое-что ещё. – Встретимся с утра, когда начнёт светать.
    Так рано вряд ли кто-нибудь из них мог проснуться, но посыл данмерки был понятен – она была намерена как можно быстрее распутать этот клубок.
    Кивнув Сартайдесу, она пошла своим путём, весьма умело находя нужное направление даже в темноте. Ей было немного опасливо, но не больше, чем любому, кто хоть немного пожил в Рифтене и был знаком с его правилами. Отбирать у неё было нечего, кроме как меч, но за него ворам ещё пришлось бы посостязаться с нею, поэтому основной наплыв волнения был направлен на ситуацию с кузнецом. Мелурия перематывала в уме всё, что они уже успели узнать, но ничего из этого не складывалось в целостную картину. Кузнец и алхимик пропали. Подмастерье кузнеца несколько дней пробыл связанным в подвале. Несмотря на то, что это – весьма известные люди, улицы города не гудели переговорами об их пропаже. Даже стражник, кажись, был совсем не в курсе, что происходит. Мелурия не могла похвастаться, будто разобралась в этом больше него, и это удручало её, вынуждая предпринять хоть какие-то меры.
    Целью Дозорной в такой поздний час было знакомое место. Она прошла вдоль перегородки канала, пересекла рыночную площадку и направилась к большому серому зданию. Стража лениво расхаживала по прилегающим улочкам, но никто не обратил на неё внимания – для человека, замышляющего неладное, она передвигалась уж со слишком большой открытостью. Это место в коем-то смысле было её домом, и потому она и не пыталась действовать скрытно. Немного ускоренным, но неспешным шагом данмерка зашла на территорию здания и поднялась по громоздким ступеням, вытесанным из камня, к входной двери и налегла на неё, открывая себе проход внутрь. Храм был открыт целые сутки, а кто-то из жрецов неизменно оставался бодрствовать.
    Первой, кого встретила данмерка, была Диния – жрица и её подруга, а к тому же и сородич по крови, но последнее имело меньше всего значения – по сравнению со вторым.
    - Так поздно? – спросила жрица.
    Она была занята чем-то возле столика по правую сторону от входа и отвлеклась от своего дела, взглянув на Мелурию.
    - Некоторые обстоятельства… изменились, - уклончиво ответила данмерка, но взглядом дала понять, что не прочь, чтобы женщина проследовала вместе с ней в подвальные помещения, где Дозорной была выделена своя койка. Там же находились и её вещи, за которыми, собственно говоря, она и отправилась.
    - Мне нужно будет уйти на какое-то время, - попутно говорила Мелурия. Диния участливо молчала, выслушивая её. – И я не могу сказать, когда именно я вернусь – но я точно вернусь.
    Жрица стояла возле неё, пока данмерка собирала свои вещи. Первым делом она навела окончательный порядок в своей сумке на поясе, сложив туда некоторую сумму из своих сбережений, затем закрепила с другой стороны ножны с серебряным кинжалом. Щит забросила на спину, а разобравшись с остальным багажом, аккуратно сложила его одной кучей, чтобы его затем можно было быстро забрать. 
    - За этим я приду чуть позже, - взглянув на мешки со своими вещами, сказала Мелурия и перевела взгляд на женщину.
    - Будь осторожна, - сказала ей Диния.
    Данмерка кивнула и пошла на выход. Ей бы хотелось остаться здесь и обсудить всё с людьми, которых она хорошо знала, но они вряд ли могли бы помочь так, как ей это было нужно. В том же случае, если история окажется ещё более мутной, чем она выглядела на первый взгляд, втягивать в неё посторонних людей явно никакой необходимости не было.
    - Ещё одна деталь, - прошептала данмерка, когда они со жрицей оказались возле входных дверей. – Пусть завтра рано утром кто-нибудь сходит в «Обожжённый Молот». Возможно, кто-то из вас там будет очень к месту.
    О большем она говорить не стала, потому что знала – Диния и без того всё поняла.
    Не задерживаясь, Мелурия открыла двери и вышла наружу, вновь вдыхая типичные ароматы для Рифтена – запах дерева, стоячей воды и собирающейся мглы. Дальнейший её путь лежал в сторону «Сладкой Чаши» - не самой лучшей, но вместе с тем и не последней таверной в городе, где можно было переночевать за разумную сумму. Там Мелурия могла не только остаться на ночь, но и узнать что-нибудь от болтливых посетителей, правда, она не была уверена, что не прогадала со временем – всё же, рифтенские жители любят отдохнуть, но вместе с тем понимают, что завтра с утра работа сама за себя не возьмётся, поэтому вряд ли стали бы засиживаться настолько допоздна. Но данмерка, тем не менее, не изменила своего решения и пришла спустя несколько минут в нужную ей таверну, сразу же бросая взгляд за стойку, где орудовала хозяйка заведения.
    - Я ищу своего друга, - мягким, плавным тоном добавила она, оплачивая комнату, - это данмер…
    Дав небольшое описание, Мелурия узнала, в каком именно помещении он должен был находиться, сочтя это знание полезным, и поднялась на второй этаж, держа ключ зажатым в руке. После сегодняшних открытий эта вещь казалась ей какой-то непривычной, странной. В городе, где промышляли своим грязным делишком столько воров и где стража могла запросто впустить кого угодно куда угодно, она выглядела лишённой всякого смысла. Данмерка, если она не могла исполнить свой долг и оправдать своё предназначение, тоже могла быть его лишена.
    Отомкнув дверь и зайдя в выданную ей комнату, Дозорная сняла с себя щит и оглядела помещение. Всё выглядело привычным для таких мест образом – одноместная кровать, тумбочка, стол. На столе стояла свеча, но она не была зажжена, поэтому Мелурия прибегла к магии, чтобы иметь хоть какое-то освещение. Стоило признать, что Сартайдес был прав – она действительно очень устала, - и лечь спать, но данмерка ещё задержалась несколько минут перед окном, вглядываясь в наружную темноту, прежде чем сняла с себя верхнюю одежду, стащила с ног обувь и развязала волосы. Сложив оружие поблизости от себя, девушка легла спать, но её веки всё никак не замыкались под тяжестью усталости. Сонливости будто бы и не было. Мелурия не могла не признать того, что отдых был необходим её телу, но рассудок держал её в бодрости. Данмерка перевалилась с одного бока на другой, помяла подушку под собой, но чем это могло помочь, если причиной бессонницы была не она?
    Сдавшись перед обстоятельствами и признавшись самой себе, что в ближайшее время сон ей не грозит, Мелурия села в кровати, свесив ноги, и упёрлась ладонями в её край. Она не хотела спать – ей нужно было действовать. Предпринять хоть что-то, что приблизило бы её к какому-нибудь результату. Сейчас всё было как-то мутно, непонятно. Мыслей было очень много, но ни одна из них не отвечала на вопрос, что же делать дальше.
    Пригладив наспех длинные растрепавшиеся волосы, Мелурия не стала надевать тёплую верхнюю одежду, так как на улицу пока что выходить не собиралась, и взяла с собой только меч. Выбравшись в коридор, не до конца уверенная в том, что поступает верно, но чувствующая, что это нужный для неё вариант, данмерка подошла к двери, за которой должна была находиться комната её соратника. В коридоре было тихо, и какие-то голоса раздавались лишь внизу, и то приглушённые. Подавшись вперёд, Мелурия постучала в дверь.  Ответа не последовало. Затем Дозорная постучала ещё раз и приблизилась губами к тонкой щели, сквозь которую не просунулось бы ничего, кроме каких-нибудь воровских прибамбасов.
    - Сартайдес, это я, - совсем тихо прошептала она. – Мы можем поговорить?
    Сразу после этого она отстранилась на шаг от двери и стала ждать. К счастью, она не ошиблась дверью и не разговаривала с пустотой. Данмер оказался на месте, и Дозорная прошла внутрь с видом человека, который намерен много чего сказать.
    Следовало, наверное, извиниться за свой поздний визит – всё же, этот человек за этот день замотался не меньше, чем она, но Мелурия не хотела расплываться в таких вещах, полагая, что это само собой разумеется. Тем не менее, она начала разговор именно с этого.
    - Извините, что ворвалась к Вам в такой час, - сказала она, сделав ещё несколько шагов вглубь помещения.
    Обстановка здесь была практически такой же, как и у неё, поэтому, чтобы не зависнуть посередине комнаты, Мелурия подошла к столу и отодвинула стул, приподняв его, чтобы тот не скользил по полу. Разговаривала она тихо, словно не хотела быть услышана кем-либо, кроме своего единственного собеседника.
    - Никак не могу выбросить из головы сложившуюся ситуацию, - начала она, присаживаясь.
    Быть может, Мелурия была не так хитра, какой следовало бы быть данмерке, постоянно оказывающейся в таких непростых ситуациях, но ей следовало как-то объяснить своё состояние, а это было возможным только посредством правды – она ведь не до конца рассказала о себе, а это могло иметь какое-то значенье.
    - Возможно, во мне просто говорит Дозорный, - выдохнула она, упёршись ножнами меча в дощечки пола и взгромоздив на них руки. – Наш Зал был разгромлен, лучшие из нас – убиты, и тем не менее… - Мелурия вдохнула побольше воздуха, чтобы эмоции не взяли над ней вверх. – Что бы ни случилось и как бы всё не повернулось, вряд ли есть что-то, что могло бы заставить Дозорного перестать быть таковым.
    Это была болезненная для неё тема. Возможно даже, что болезненнее всех. Мелурия до сих пор не научилась разговаривать об этих вещах совсем уж ровным голосом и хотя бы с мнимым равнодушием, которое требовалось, чтобы идти дальше, но эти ощущения по-прежнему было с ней и в ней, и во многом руководили тем, что данмерка думала и делала. Это всё – от начала до конца, от её поступления в Дозор до обнаружения, что он истреблён – определяло её как личность.  И её, в первую очередь, характеризовало то, что она никогда и ни при каких обстоятельствах не бросала других в беде, даже если ещё и понятия не имела, за что или с чем борется.
    - Мы должны сделать хоть что-нибудь, - возвращаясь к главной теме, сказала Мелурия, - но пока что мне не видится никакого выхода. Единственный вариант – это расспросить Асбьорна, но мы оставили его там… - данмерка отвернулась в сторону, постучав пальцами по своей же руке. – Да и вдруг он ничего не сможет нам рассказать? Этому городу, кажется, совсем на всё наплевать. Как же нам найти здесь кого-то?
    Она вопрошающе взглянула на мужчину, словно ожидая от него каких-то конкретных ответов, но на самом деле это было не просто впечатлением. Данмерке нужен был чёткий план действий, которому они могли бы следовать, ведь без него она терялась и не могла предпринять ничего толкового. А Сартайдес – он ведь делец, он должен был уметь разбираться в подобных вещах! И Мелурия цеплялась за эту идею, готовая затем воплощать её, каких бы трудов им это ни стоило. [AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

Отредактировано Мелурия (2018-02-07 01:47:51)

+1

13

На столе, в бронзовой плошке дрожал язычок сального огарка свечи. Кровать была гладко застелена грубым шерстяным одеялом, на нём белели сшитые по краю листы, обрезанные размером с ладонь, сплошняком исписанные ровным, убористым почерком. Рядом витала живым фонариком магическая сфера. Всё это, как и внешний вид хозяина комнаты – набор одежды примерно такой же, в каком явилась Мелурия, ткань правда по дороже, - указывало, что данмерка не выдернула своего компаньона из чарующих снов, и была гостьей которую хоть и не ждали, но приняли без раздражения.
   Плащ и куртка мага висели на железной скобе, вбитой в стену. Обувь стояла у кровати.
Единственным предметом, который оказался полностью скрытым от глаз девушки, был изогнутый нож причудливой ковки. Его Сарт, когда, оторвавшись от чтива, поднимался открыть дверь, запихнул глубоко под подушку. 
   На язык Слышащему до чесотки просилась непотребная шутка о юных девицах, с распущенными волосами, вторгающихся за полночь к малознакомым мужчинам, при этом ещё и с мечом на поясе, но данмер удержался, боясь обидеть Мелурию, характер которой всё ещё представлял для него загадку.
   -Так вы из Дозорных Стендарра, - задумчиво протянул он, когда девушка уселась на стул и, выговорившись, уставилась на него, - Это немного объясняет активную.. хм… самоотверженность, с которой вы принялись помогать мне в поисках людей, для вас посторонних, которых словно сам Принц Безумия утащил за волосы из дома среди белого дня.
   - До меня доносились слухи о фатальном разгроме вашего Зала, - продолжал маг усаживаясь на кровать, подобрав босые ноги, и демонстрируя осведомлённость в малоизвестных для тривиального обывателя происшествиях, – А Сигнальная Башня ещё держится? Ездил как то мимо неё, по одному утомительному заказу, давненько, лет пять уже миновало.
   Слышащий замолк, прикидывая в голове чего больше для него лично  хорошего или плохого в том, что его неожиданная напарница из Дозорных.
"Да пребудет с тобой милосердие Стендарра, ибо у Дозора милосердия нет."
"Те, кто поддался соблазну даэдра, не уйдут безнаказанными."
"Держись светлой стороны - или мы перетащим тебя на нее волоком." - все эти шаблонные угрожающие фразы данмер слышал на все лады добрую сотню раз, часто встречая последователей бога справедливости на дорогах Скайрима. Чёрная, как бездонный омут, шкура огнеглазого Тенегрива, от которой за версту сквозило неповторимой материей  даэдра,  не раз привлекала их фанатичное внимание.
   Обычно Слышащий примитивно удирал от дозорных, пользуясь резвостью своего коня, которому и мало кто из верховых мог быть соперником в скачке, не то что люди в увесистой броне, тяжеловесно кидающиеся на своих двоих вдогонку за внушающим подозрения всадником. Но один случай оказался трагичным. Застигнутый на привале врасплох Слышащий покалечил или убил, он сам не знал, двоих храмовников, уж очень рьяно накинувшихся на него. После этого прецедента Сарт, ругая себя за недогадливость, заказал для Тенегрива уздечку с плотными наглазниками.
   Чаще происходили менее напряжённые стычки.  Даже забавные, которые вполне можно было рассказать в расслабленной обстановке, за кружкой другой пьянящего напитка и неспешной беседой, но явно не сейчас.

   - Прошу прощения, sera, - виновато спохватился Слышащий, поймав устремлённый на него настойчивый взгляд девушки, - Слегка отвлёкся мыслями…
   - Пока вы обследовали подвал, я нашёл то, собственно ради чего и выслушивал мало остроумные каламбуры нашего продажного стража, - сосредоточенней заговорил данмер, - Упаковку от серебряного слитка, который я должен был забрать. Во имя Предков, я пока не знаю, имеет ли это значение в пропаже кователя и его друга, но нам приходится учитывать все скудные факты которые в нашем распоряжении – верно? Итак – литая заготовка пришла, Балимунд её проверил – на бумаге стоит отметка его рукой, и после этого я должен был его забрать. Но вечером, до моего приезда,  уже завёрнутую для меня упаковку снова вскрывают, а кузнец и алхимик исчезают из своего дома.
   - Мне видится возможным развитием два варианта,- продолжал маг, вперившись из тени густо кровавым взглядом в Мелурию, - Либо они ушли из дома добровольно. Как вы предположили – к рыболовному причалу  и уплыли по водам, где нет дорог и посторонних глаз, кроме  безголосых рыб. Тогда мы можем попробовать вызнать что нибудь у портовых бродяжек, которые колобродятся вблизи причала и днём и ночью. Либо они оставили дом иным способом..
   - Помните уголь, рассыпанные возле двери? – поинтересовался маг, подпирая голову рукой, - Не странно ли бросать его в жилой части, разгоняя неряшливую, въедливую пыль на еду и вещи? Может быть он был высыпан что бы поменяться местами? Например - с человеческим телом. И кузнец, вместе со старым алхимиком, покинули дом, скрюченные как последняя буква даэдрического алфавита, на чужих плечах?

Отредактировано Сартайдес (2018-02-20 09:13:30)

0

14

Мелурия не всегда бывала совершенно уверенной в своих действиях. Скорее даже наоборот - ей часто приходилось сомневаться в том, что она делает, и нередко это затрагивало даже те ситуации, в которых всё поначалу выглядело однозначным. Этот поздний визит к её временному союзнику был из числа таковых. Сидя на табурете и утыкаясь взглядом в пол, Дозорная пыталась нащупать в уме ту причину, что вынудила её прийти сюда, так и не дождавшись утра. Возможно, она пошла на поводу у своих эмоций, которые велели ей выговориться, пригрозив, что иначе данмерка не уснёт и, как итог, встретит утро уставшей и во многом бесполезной для всех тех дел, что предстояло сделать. С другой стороны, в этом мог скрываться какой-то особый смысл - тот самый, что пронизывает непредвиденные поступки со стороны людей, конце концов увенчивающиеся совершенно неожиданным, но положительным результатом. Мелурия не могла сказать наверняка, что она делала в этой комнате и почему говорила подобные вещи - хоть у неё и была заготовлена для этого формальная отмазка, в первую очередь, предназначавшаяся для неё самой, - но, тем не менее, она сумела убедить себя, что всё же поступала верно. Быть может, просто люди, часто остающиеся наедине с собой, нуждаются в том, чтобы излить перед кем-то свою душу, и такой момент, как правило, подворачивается совсем не там и не в тот час, когда это могло бы показаться наиболее уместным. Но означало ли это, что желавший говорить обязан был в очередной раз держаться молча?
    Судя по тому, как Сартайдес отреагировал на её заявление о своей причастности к Дозорным Стендарра, его отношение к ордену было нейтральным, но Мелурии причудилось, будто для данмера это является чем-то скорее положительным, чем отрицательным. За то время, что деятельность ордена на территории северного государства была вынужденно приостановлена - девушке до сих пор не хотелось признавать, что она была прекращена, ибо такая формулировка лишала данного факта возможности измениться в ближайшем будущем, - ей доводилось слышать разные отзывы о нём. Разумеется, многие были потрясены случившимся, и это было вполне обоснованным. Дозорные Стендарра, возможно, являлись не самым крепким орденом - по крайней мере, не на землях Скайрима, - но у него была определённая репутация, а так как организация являлась частично военной, то в глазах общественности она должна была оставаться непобедимой. Поражение Дозорных было не просто потерей для тех, кто в ней состоял и после тех событий остался в живых - оно катастрофически поколебало веру людей в их способность противостоять тем опасностям, которым они однажды столь трагически не смогли дать отпора. И данмерку коробило от осознания этого. Если бы на момент нападения всякой нечисти на Зал Дозора он бы располагал всей своей мощью, то подобного не случилось.
    Если бы Мелурия была в тот день там, она бы ни за что не позволила этому случиться.
    - Дозорные не исчезли из Скайрима насовсем, - отвечая на вопрос данмера, сказала она. - Некоторые из них отправились в Сигнальную башню после того, как Зал Дозора был разрушен, но большинство оставшихся неустанно патрулируют просторы страны, предпочитая не засиживаться на месте.
    «Как и я,» - подумалось Мелурии, но она не стала произносить этого вслух. Мгновением позже ей пришло на ум, что об этом всё же следовало упомянуть - ей вдруг стало неуютно от мысли, что Сартайдес может решить, будто она увиливает от своих обязанностей и является эдаким Дозорным на полставки. «Признай, это было так,» - велела она самой себе, но внешне сохраняла молчание. Действительно, ей потребовалось время, чтобы определиться со своей жизнью после того, как из неё исчезло то, что представляло для данмерки чрезвычайно большую ценность. И - да, она больше не рассекала просторы Скайрима, облачившись в форму Дозорного, как это было раньше. Но она никогда не считала это образом и не «вползала» в него, лишь когда это было удобно. Просто всё стало гораздо сложнее после падения Зала Дозора, и чем дольше Мелурия размышляла об этом, тем больше напряжения ощущала. Особенно сильно оно отдавалось в голове, что вынудило данмерку немного наклонить её и потереть висок ладонью, предполагая, что в этот момент Сартайдес думает о чём-то другом, а потому и не замечает её. Но вскоре она убрала руку от головы и выпрямила спину. Скорбь и угрызения совести никого не вернут. Жаление себя - не отстроит стены Зала. Но всё могло измениться; только ради этого нужно было взять себя в руки и делать по одному делу за раз.
    - Каким бы образом уважаемые кузнец и алхимик ни покинули кузницу, я сомневаюсь, что они сделали это добровольно, - внимательно выслушав союзника, произнесла Мелурия и поднялась на ноги, беря в одну руку ножны с мечом и начиная медленным шагом разгуливать по комнате - ей куда лучше думалось в движении. - Сопоставив имеющиеся факты и пытаясь представить возможных злоумышленников, я теряюсь в догадках. - Мелурия оторвала взгляд от пола и посмотрела в сторону данмера - оставалось ещё столько вопросов, в которых они должны были разобраться. - Хотели ли они похитить одновременно и Балимунда, и мастера Элгрима? Была ли их встреча организована похитителями или последние лишь подстроились под обстоятельства? С чем в принципе была связана необходимость похищать этих весьма известных в городе людей? - Девушка на мгновение остановилась, глядя на Сартайдеса и размышляя, стоит ли говорить вслух, что давно говорило о себе в её уме, и в итоге решила, что всё же об этом нужно сказать: - Несмотря на то, что снаружи всё выглядит так, что и не подкопаешься, внутри кузницы, тем не менее, похитители соблюдали не слишком большую осторожность - об этом говорит как разбросанный уголь, так и спрятанный без особой старательности Асбьорн. А ещё - вскрытая посылка, предназначавшаяся Вам. Вероятно, они не взяли её, так как ожидали найти что-то другое, но во избежание неприятностей они могли бы постараться и обставить всё так, чтобы Вы даже не заметили, что её кто-то трогал. Это, в свою очередь, наталкивает меня на мысль, что похитители были убеждены - в кузницу никто посторонний не зайдёт. Следовательно… Следовательно к этому просто обязан иметь отношение кто-то, имеющих достаточно власти, чтобы закрыть одно из самых знаменитых в городе заведений и держать его в таком положении, сколько потребуется. Но почему же тогда в течение целых двух дней похитители не озаботились тем, чтобы прибрать за собой? Они были намерены вернуть похищенных или же собирались избавиться от кузницы?
    Всё это, на взгляд Мелурии, было очень запутанным, но ни в коем случае она не собиралась опускать из-за этого руки. Дозорные ведь тоже не всегда были заняты только боем. Довольно-таки часто их противник вёл весьма коварную игру, проигрыш в которой означал верную погибель, поэтому члены ордена были обязаны проявлять не только храбрость, но и достаточно высокие умственные способности, чтобы вычислить и найти возможность одолеть хитроумного врага. Но если вампиры и прочая нечисть имеет особые черты, которые позволяют высмотреть их среди обычных людей, да и механизм их действий часто очень схож между собой, то в данном случае они имели дело с людьми, а тут уж вариантов было куда больше. «Преступники, - внезапно догадалась Мелурия, поводив взглядом по полу и вновь стрельнув им в сторону данмера, тем самым сообщая, что кое-что пришло ей на ум. - Чтобы поймать преступников, нужно мыслить, как преступники. Но мы - честные люди. Сартайдес - делец, и наверняка хитрость не чужда ему. Но тут нужно что-то другое. Кто-то с по-настоящему криминальным складом ума. Такой человек в силу своего опыта и соображений запросто мог бы дать нам наводку».
    Ей не хотелось этого говорить, но она всё же сказала:
    - Сартайдес, - обратилась к союзнику данмерка, слегка понизив тон голоса, - быть может, нам стоит переговорить с кем-то из Гильдии? У них повсюду есть уши и зоркие глаза, и я не сомневаюсь, что они могли заметить что-то, что осталось незамеченным нами. Понимаю, я была против таких действий, но это было до того, как мы нашли Асбьорна. Честное слово, я лучше заплачу ворам, чем своей некомпетентностью сыграю на руку похитителям и, возможно, даже душегубам.
    Последнее Дозорная проговорила особенно жарко, пусть и негромко. За дверью, в коридоре, почти сразу же раздались какие-то хмельные разговоры и попытки открыть замок в другой комнате. Мелурии это намекнуло на то, что они находились в месте, где их вполне могли подслушать; ей не давала покоя мысль, что они ввязались в нечто более серьёзное, чем обычная преступная возня, характерная этому городу.
    - Подумайте об этом, - остановившись, произнесла она, прежде чем пододвинулась к двери, - и утром скажите, что считаете по данному поводу. Доброй Вам ночи.
    Не дожидаясь возможного продолжения разговора, данмерка вышла в коридор и отправилась к себе.  Ещё около получаса она валялась в постели, глядя на полоски света, проходящие сквозь окно и ложащиеся на её тёмную комнату, где не горело ни свечи, ни фонаря. После того, как она поговорила с дельцом, у неё появилось ощущение, будто свою задачу за эти сутки она выполнила и что теперь наконец-то можно позволить себе поспать. Догадки всё ещё путались её в уме, мешая заснуть сразу же после возвращения, но в итоге она всё же скользнула в сон и проспала до восхода солнца, так ни разу и не проснувшись. Возможно, так сложилось потому, что она сильно устала - или же потому, что данмерке приснился хороший сон и её сознанию не хотелось отпускать её обратно в такой опасный и сложный мир.
    Тем не менее, едва открыв глаза, Мелурия сразу же сделала вывод, что заспалась - солнце поднялось над горизонтом чуть повыше, чем она привыкла его видеть, когда просыпалась. Это было мелочью, но данмерка всё равно действовала весьма быстро, собираясь противостоять новым задачам наступившего утра. Одевшись и закрепив на себе оружие - меч и кинжал на поясе, и щит на спине, - Дозорная заплела волосы в косу и спрятала её под одеждой, пока ещё оставляя капюшон не надетым на голову. Похлопав ладонью по сумке на поясе, она вышла из своей комнаты, заперла её на ключ и мазнула взглядом по двери, за которой должен был находиться Сартайдес. Был ли он там до сих пор или опередил её, Мелурия не знала, но на первом этаже заведения данмерка его не обнаружила, а потому решила, что он либо всё ещё спит, либо уже отправился по делам. В любом случае, ей оставалось лишь одно - дожидаться его. Как и всё остальное, это также нужно было сделать с пользой, поэтому данмерка решила, что ей не помешает позавтракать - всё же, силы не могут взяться из ниоткуда, да и девушка не знала, когда в следующий раз ей представится возможность что-нибудь съесть.
    Итак, сжимая в одной руке чашку с чаем и чувствуя поднимающийся вверх аромат вкусного супа и свежих ломтей хлеба, Мелурия затаилась за своим столом, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания, но вместе с тем прислушиваясь к тому, что говорят вокруг, готовая поймать взглядом своего союзника, откуда бы тот ни пришёл.[AVA]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0107/2d/72a6afc5d11309eeb17cc8c46650ab2d.png[/AVA]

0


Вы здесь » Скайрим: Возрождение » Текущее время » Ступенька или яма на твоём пути.( Рифтен 27.04.205 4Э )