Сеттинг: The Elder Scrolls: Skyrim
Система: эпизодическая
Рейтинг: 18+
Текущая дата игры: 205 4Э
Место действия: Все старо в старом Королевстве: норды опять бьют старых ушастых врагов, изгои прячутся в скалах, волшебники раскопали очередные руины, а соратники нашли очередное приключение. Новый король держит страну в кулаке, народ счастлив, ярлы ворчат. Вампиров разбили, так новые твари завелись, то волколак какой дитё утащит, то некромант костями гремит на погосте. Присаживайся, путник, положи свой меч рядом - здесь ты найдешь и выпивку, и работу, и отдых.

Ульфрик Буревестник - националист, тиран.
Эйла Охотница - легендарный стрелок.
Элисиф Прекрасная - любитель шуб и бардов.

Скайрим: Возрождение

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Скайрим: Возрождение » Прошлое » О том как Коллегия с ярлом Кориром мир заключала. (В-холд, 27.02.203)


О том как Коллегия с ярлом Кориром мир заключала. (В-холд, 27.02.203)

Сообщений 31 страница 32 из 32

31

[nick]Бъялфи Одинокий[/nick][icon]http://s019.radikal.ru/i621/1702/ae/5ff762356b1b.jpg[/icon][status]Магик[/status]
Бъялфи не видел никаких картинок из прожитой жизни или не испытывал внезапного покоя и внутреннего равновесия, он не вспоминал о странных мелочах, на которые никогда не обращал внимание, и не был готов отправиться в Совнгард. Нет, покрытый от страха и боли крупными каплями пота, он выставил посох в сторону драугра, как копье, продолжая выстреливать ледяными копьями. Хватило его недолго, ученические посохи вообще не рассчитаны на затяжные бои, так, больше для тренировок и быстрого боя; чертова нежить же не умирала после десятка морозных шипов, которых хватило бы на целую банду живых врагов. "Предки..." Посох вздрогнул в последний раз и затих, превращаясь в обычную бесполезную палку, которой разве что по голове можно огреть. Студентус бросил взгляд отчаянья на наставницу, понимая к чему все близится, в конце концов он ни за что не успел бы с простреленным боком прошмыгнуть мимо приближающегося мертвяка, подхватить вывалившийся с пальцев второго умертвия топор и попытаться отбиться им. "Неужели все?..."

Спасение пришло от той, кто, собственно, и была виновата в риске подопечного - Рагнеде. Воздух задрожал, когда она сплела и бросила заклинание, но даже могущественная и древняя нежить, как драугры, не смогли ему противиться, бежав в волшебном испуге. Парень закашлялся, ощущая, как лопают на губах кровавые пузыри, стрела явно пробила легкое, опустился на колено, не в силах держаться на ногах, настолько резко они стали слабые и ватные. А еще, естественно, было стыдно. Студент школы Восстановления так и не применил заклинание, которое отпугивает нежить... Даже когда Рагнеда выдернула с раны стрелу с противным звуком, а сам Бъялфи зашипел от вспышки острой боли, даже когда рана под золотистым светом начала стягиваться, даже когда наставница с вздохом поднялась с колен, оставляя своего ученика, он не смог поднять на нее глаза. Все из-за стыда. Не хотел он видеть ее полный негодования взор, плотно сжатые губы, нахмуренные из-за его косорукости брови. "Боюсь, мне придется просить дополнительные внеплановые уроки, если мастер согласится..." Впрочем, Рагнеда уже отвлекла его внимание вопросом, на что сам парень только неуверенно промычал под нос. Да, его не красила его необразованность, но древние норды с их древними криптами и поклонением животным никогда не интересовали студента, ему была свойственна крестьянская практичность - потому-то он редко интересовался былым, отлично понимая, что тотемизм или древние привороты на крови вряд ли помогут повысить приплод скота или спасти погибающего от жара ребенка. Были студенты и даже старшие волшебники, которые подобный его подход высмеивали "примитивностью нордской натуры", "закостенелым северным селянством", но сам Бъялфи относится к нападкам стоически; куда больше его радовала мысль, что пусть в паре-тройке деревень, но он все же сможет улучшить жизнь своих родных и близких. Да и что он мог прочесть на настолько стертом камне, когда в глазах от потери крови все еще все плыло и колебалось? 

- Извините, мастер..., - понимая, что самобичевание неуместное, да и женщина принялась вполне активно вместе с "наследником" ворочать каменные колоны и без его помощи, студент доковылял до брошенной походной сумки и начал в ней ковыряться, выискивая съестное. Одно из простейших правил волшебства - если потратил много энергии, если организм слаб от ран или истощения, просто плотно перекуси, а, раз его помощь особо и не требовалась, студент устроился возле замшелой стены, медленно поглощая сыр с хлебом. Рагнеда, как всегда, демонстрировала неуемные азарт и энергию, мотаясь от одной колоны к второй, окриками подгоняя наемника, будто только что не держала бой с тремя драуграми, не лечила своего непутевого студента. Он в самом деле восхищался ею, видя то, чего не мог найти в себе, слишком простом и ограниченном, да и в других магах, очень высокомерных и самолюбивых - истинную страсть к науке, не педантичную и сухую, не оторванную от жизни или надменную, а живую и пламенную. При всем уважении к текущему архимагу, при его заметной заботе о Коллегии, все же что питание, что условия проживания при Варлакано стали намного лучше, но, хоть посреди ночи разбуди парня и спроси - "а кого ты видишь архимагом?", он выбрал бы Рагнеду. Или нордское чутье, или личная симпатия, но студент был уверен - не мистический, воздушный альтмер, а именно эта простая и живая женщина способна встряхнуть Коллегию и возродить ее.

- … что это значит? - Бъялфи поднял свои северные глаза, с недоумением смотря на наставницу, явно не расслышав всей фразы. Последняя уже отвернулась, явно не ожидая от своего подопечного правильного ответа, и совесть уколола еще раз. "Я обязательно налягу на все книги, что посоветует мне мастер, как вернусь... Если вернусь." Возможно, он был несколько необразованным, как на ученика Коллегии, но вот в кладке разбирался достаточно - дядюшка по материнской линии был одним из немногочисленных каменщиков в их северном краю, и в камне он разбирался. Студент с сомнением покосился на их спутника, который совсем не смахивал на великана своим бретонским телосложением, тяжело вздохнул, понимая, на чьи плечи ляжет вопрос с стеной. Подхватив с земли один из топоров, парень еще раз постучал по стене, прижал лезвие к почти незаметной полоске раствора, которым сами камни склеили. Движение, второе, на землю тонким потоком посыпался растираемый в пыль раствор, под умелыми и уверенными движениями Бъялфи. Им не надо было разбивать всю стену, хватит расшатать и вывалить несколько камней, чтобы можно было пролезть в отверстие по очереди.     

- Эй, "наследник", подсоби. Если будешь зевать, мы до второго пришествия Алдуина будем здесь сидеть, наляжем вместе, - вытерев со лба пот рукавом, парень прижался щекой к расковырянной щели, ощущая кожей поток воздуха - стенка в самом деле была тонкая, и лепили ее на быструю руку. Лезвие опять заскрипело по камню, разбивая комки раствора, студент прикусил губу от вспышки боли в боку, надавливая плечом на камень, ощущая как он по чуть-чуть проседает под его напором.

+2

32

Шлында рыжая – нехорошо подумал Книжник покосившись на Рагнеду.
Понятия не имея о том как учатся магии он считал все её способности естественными. С усилиями и развитием, но изначально данные. Она уже показала себя докой с магическими печатями, налепила рунических ловушек, перепугала и зажарила драугров, затянула Бъялфи дыру в груди, от которой он сипел и пускал кровяные пузыри. После всего этого Змар считал что разломать сложенную на скорую руку перегородку для Рагнеды должно быть не сложнее чем высмаркаться без помощи платка. И не делает она это только из вредности, и желании покомандовать простыми человеками. А Бъялфи и рад от усердия из кожи лезть, вон как стенку ради рыжей роет, копатель скампов.
Книжнику редко доводилось видеть магов за работой, а в его постоянной шайке-лейке их вообще не было. Он думал набор зачаточных волшебных умений даётся как цвет глаз и рост и поменять их невозможно. Рагнеда в его восприятии была очень одарена талантами. Особенно ему понравилась морозная руна. Мелкое целительство было ему не в диковинку и даже не особо почиталось за магию среди "чёрных археологов". Ужас драугров - не зрелищный. Сноп огня - зрелищный, но похожее, хоть и слабее в разы, авантюрист и сам умел зажигать. А вот руна показалась прямо чем то удивительно заумным, красивым и полезным - зависть зависть.
   Книжник неохотно принялся помогать молодому магу, но так, на отвяжись, только что бы не выслушивать претензии за явное халявничество.
Камень под общими усилиями наконец осел и со скрипом бултыхнулся внутрь, оставив после себя дыру размером собачью голову. Второй расшатать и вытолкнуть было проще, потом ещё два ушли почти легко, и на этом слабая часть стены закончилась. Остальное было сложено из крупных неповоротливых  блоков, видимо позаимствованных строителями простенка из части более древней кладки. В итоге Змар с магами оказался перед неровной дырой, в которую лезть было можно, но немного жутковато – пространство за перегородкой, угрюмо тёмное, молчаливое, затхлое, совсем не выглядело гостеприимным.
   - Ну что, - ехидно поинтересовался Книжник, которому уже дико хотелось покурить, и от этого начал неудержимо чесаться язык, - Кто смелый?

0


Вы здесь » Скайрим: Возрождение » Прошлое » О том как Коллегия с ярлом Кориром мир заключала. (В-холд, 27.02.203)